Месть Змееборцу (часть первая)

Трое мужчин, аккуратно идущих по ухабистой дороге, проложенной сквозь поле высокой, достающей до локтей пшеницы, окружающей путников с обеих сторон, увидели слабые огоньки деревни, расположившейся на небольшом холме в паре километрах впереди. Яркое звездное небо, которое венчала полная луна, с одной стороны играло им на руку — все коварные ямки и рытвины на дороге было хорошо видно, что позволяло избежать растяжений и вывихов, однако с другой — сводило на нет возможность подобраться к деревне скрытно. Каин оглянулся на плетущуюся позади троицы кобылу, нагруженную донельзя: помимо оружия и одежды, истощенное животное тащило на себе остатки своих «коллег» — из-за острой нехватки провизии, мужчинам пришлось заколоть двух других лошадей, лишив себя возможности передвигаться быстрее, в угоду отчаянно требующим съестного животам.

-А может поделимся историями о том, из-за чего решили отомстить ему? - Каин вздрогнул от резкого, с каким-то странным присвистыванием (к которому до сих пор не мог привыкнуть) голоса Одихмантия, вдруг разрезавшего царящую тишину, нарушаемую лишь неровным цоканьем то и дело спотыкающихся копыт. Он искоса посмотрел на разбойника рядом с собой, у которого правую половину лица пересекала полоска черной ткани, закрывавшей глаз. -Я могу и первый начать, - хмыкнул одноглазый, попеременке обведя спутников по бокам. -Все равно нам еще идти около часа, с ней-то, - он кивнул назад, имея ввиду с трудом передвигающее ногами животное.

«Напряжение хочет снять, пустой беседой», - подумал Каин, поднимая взгляд на небо. «Надеюсь, нам сегодня не придется залить тебя красным», - вздохнул он, нашарив глазами круглый шар.

-Отчего бы и нет? - произнес Михайло, идущий по левую руку от Одихмантия. Каину стало не по себе от слов, прозвучавших будто в ответ на роящиеся в его голове мысли.

Каин удивился тому, что впервые за те две недели, что прошли с момента их встречи в корчме Старгорода, его «товарищи» решили вдруг рассказать о той причине, которая объединила их вместе.

Мужчина помнил, как несказанно обрадовался, когда к нему, валявшемуся возле православного храма в грязи среди попрошаек, подошел статный пожилой незнакомец, среди темных одежд которого Каин, наметанным взглядом вора-карманника увидел т-образный крест из темного металла, с краями из чистого серебра, и подарил Цель.

«Я знаю, какая мечта поддерживает в тебе огонь жизни», - произнес подошедший с акцентом, выдававшим в нем уроженца земель, еще более далеких, чем те, откуда пришел Каин.

«И что же представителю Ордена могло понадобиться от такого как я?», - ухмыльнулся кутающийся в лохмотья, насквозь продуваемые ветрами, Каин.

«Жажда мести...».

Тевтонец поведал Каину, что он не единственный, кто мечтает отомстить Змееборцу. Со слов немца, Тевтонский Орден был в числе тех, кто пострадал от Змееборца: якобы, именно его идеей было заманить лучших его представителей на покрытое тонким льдом озеро возле Пскова под предлогом переговоров, а потом ударить со всех сторон, загнав закованных в броню рыцарей на ненадежную поверхность. Такой удар не мог не сказаться на дальнейшей судьбе Ордена: правители, опасавшиеся сильного игрока на политическом поле, сразу же спихнули его на задворки истории, стоило лишь ему ослабеть.

Со слов немца, он подбирал отряд сильных бойцов, желающих отомстить Змееборцу.

«Боюсь, что всех сильных бойцов, кто вставал у него на пути, он сделал калеками», - горько ухмыльнулся Каин. «Так что идея твоя совершенно смехотворна».

«Но вы всегда сражались с ним по одному!», - срываясь от волнения на неизвестный Каину язык, начал горячо спорить тевтонец. «А что, если вы объедините силы? Только представь, ты и ...», - а затем уцелевший представитель Ордена назвал прозвища двух великих воинов, которых, насколько было прежде известно Каину, уничтожил Змееборец.

Мысль о том, что люди, прежде заставлявшие дружины князей бросать оружие и сбегать с поля боя, еще живы, полностью погасила сомнения Каина.