Мир шоу бизнеса сложный, противоречивый, но, конечно, его существование тоже подчиняется определенным правилам. Музыкальные произведения, как и любой другой товар, являются чьей-либо собственностью, хотя бы потому что это плоды труда. Каждый заслуженный композитор, поэт, исполнитель зорко следит за тем, чтобы принадлежащие ему на законных правах песни приносили доход на протяжении долгих лет. А посягательство на эту святыню преследуется по закону.
Сюжет в новостях о том, что певица Монеточка перепела хит Стаса Костюшкина "Женщина я не танцую" не явился неожиданностью. Странным показалось то, что скандал разразился много лет спустя. Когда и оригинал, и пародию на самый известный летний хит 2014 года публика уже основательно подзабыла.
Костюшкин обвиняет Лизу Монеточку в плагиате и готов побороться за свои права в суде, даже определился с размером иска. Это порядка 900 тыс. рублей - как бы неплохое подспорье в тяжёлые времена. Хотя судебная музыковедческая экспертиза подтвердила неоспоримое сходство львиной доли "Мама я не 3игую" с хитом Костюшкина, повсеместная практика показывает, что, если дело музыкант и выиграет, то Монеточка отделается штрафом меньшим в разы.
Почему-то приходит на ум мысль, что каша заваривалась не ради денег, за всем этим стоит некая другая цель. Например попиариться, напомнить лишний раз о себе. Ведь, как бы банально ни звучало, талант, прекрасные вокальные данные нынче не в почете, говорить о знаменитости со всех экранов будут тем больше, чем больше вокруг нее скандалов, сплетен и домыслов.
Поэтому Монеточка, давно уже не девочка-исполнительница шутейных песенок, скорее всего, поблагодарит Костюшкина за лишнюю рекламу. А там, глядишь, и Стаса будут охотнее слушать, как-никак в его защиту также встала многочисленная аудитория поклонников.
Справедливости ради, стоит заметить, что сходство данных песен едва ли вызвано желанием Монеточки перепеть когда то популярный мотивчик. Скорее, это так называемый оммаж, если угодно, пародия на полюбившуюся многими песню. Если суд учтет подобную аргументацию стороны ответчика, то коллегам по цеху останется лишь помириться, пожав друг другу руки и извинившись.
Сам Костюшкин не скрывает, что возмущен именно тем фактом, что его претензии полностью игнорируются. Концертная дирекция Лизы Гырдымовой упорно хранит молчание по поводу случившегося, такое впечатление, что его (Стаса Костюшкина) вообще не существует. Хотя по своей натуре добродушный и незлопамятный, он мог бы вполне обойтись обыкновенным человеческим "спасибо".