Найти в Дзене
негласный.

ВАМ ЧТО-ТО ЕЩЁ?

Как говорят, движение – это жизнь. Живём. Движемся. И скажи, что это неправильно. Попробуй. Пытливый ум, воспитанный научно-популярной культурой, к сожалению, до сих пор не обнаружил, почему ходьба сопутствует размышлениям. Буквально всё, что попадает в моё поле зрения, незамедлительно маркеруется, как «неужели?» Но не вся посуда – Гжель, и не всё движение – жизнь. Пускай, я сейчас как будто противоречу сам себе. Но могу убедить, но сейчас вы поймёте, что я имею в виду.  Январь. Ветер. Холодно. Январь такой. Начало января. Думаю объяснять не надо, как половина России проводит новогодние праздники. Так вот, занесло куда-то подальше от дома, странные приключения. Магазин, вроде, «Пальма». Я бы назвал его - « Кактус», или «Текила, как производную от кактуса. Там ругаются и пьют подле. Злое местечко. А вообще так, рядышком от ночлега. И ценники приличные вполне. Захожу, а за кассой, необычно, улыбаются. Редко такое увидишь. Так ещё, более – лицо то знакомое.  – Доброго д…привет… – Привет.

Как говорят, движение – это жизнь. Живём. Движемся. И скажи, что это неправильно. Попробуй. Пытливый ум, воспитанный научно-популярной культурой, к сожалению, до сих пор не обнаружил, почему ходьба сопутствует размышлениям. Буквально всё, что попадает в моё поле зрения, незамедлительно маркеруется, как «неужели?» Но не вся посуда – Гжель, и не всё движение – жизнь. Пускай, я сейчас как будто противоречу сам себе. Но могу убедить, но сейчас вы поймёте, что я имею в виду. 

Январь. Ветер. Холодно. Январь такой. Начало января. Думаю объяснять не надо, как половина России проводит новогодние праздники. Так вот, занесло куда-то подальше от дома, странные приключения. Магазин, вроде, «Пальма». Я бы назвал его - « Кактус», или «Текила, как производную от кактуса. Там ругаются и пьют подле. Злое местечко. А вообще так, рядышком от ночлега. И ценники приличные вполне. Захожу, а за кассой, необычно, улыбаются. Редко такое увидишь. Так ещё, более – лицо то знакомое. 

– Доброго д…привет…

– Привет. Странно меня здесь увидеть? – сказала та девушка, мило улыбнувшись.

– Да, но не буду говорить, что я расстроен. Скорее напротив.

Она засмущалась. Пробила мне мои новые покупки. Я спешно и неуклюже удалился, пожелав ей хорошего дня. Она ответила мне тем же. Но, можно сказать, зря, потому что её улыбка уже сделала мой день. И в течении всего её образ совсем не покидал мой рассудок. Под вечер я решил снова заглянуть к ней. Потом ещё раз, и ещё. С моим пятым появлением, мне пришла идея, стрельнуть у неё историю, мне очень хотелось что-нибудь по ней написать. Обычно люди благосклонны, смущаются, но отказываться пообщаться, что вы, нет. Не было. Однако. Её не прорубило, что называется.

– Редко к нам такие интересные люди заходят.

– Я знаю, - ну а что я мог ещё сказать.

– Ну, нечего мне о себе рассказать: дом, работа, – она продолжала улыбаться, хотя по ней было видно, что она сильно нервничает и к тому же сильно напугана. – Пойди, где-нибудь в другом месте поищи что-нибудь. 

Я решил не сдаваться, чтоб не уйти совсем без строчки. Она же невозмутимо ничего не говорила. Однако она фраза врезалась в мое сознание – «Вам что-нибудь ещё?» 

Не думаю, что мне, прям, что-то так нужно. А вот за неё обидно почему-то. Конечно, приятно видеть таких очаровательных девушек за кассой. Но она как будто закрылась от мира целиком своим «дом, работа», не здорово. Изменения без перспектив новых изменений, от которых она сама же отмахивается. А вот последний вопрос, отвечу. Если что-то и ещё, то улыбнись. Просто. Спасибо.

Н.