Когда ребенок рождается недоношенным, он практически сразу становится кандидатом в группы риска по всем заболеваниям, кроме генетических. А когда ребенок рождается сильно недоношенным, с низкой или экстремально низкой массой тела (меньше килограмма), то врачи вообще стараются ничего обнадеживающего даже случайно не сказать. Мои двойняшки родились в 29 недель с весом 800 и 980 грамм, и получили оценку 2 и 1 балл по Апгар соответственно. Мелкая Таня только потому обошла на 1 балл Маху, что ее достали первой. В общем, это было из серии «Разговор в реанимации:
- Пациент еще жив?
- Еще нет».
Через пять минут реанимационных мероприятий девочки были уже 4 и 3 балла и могли считаться живыми. Но при таком старте никто ничего хорошего не ожидал.
В месяц у Махи произошла остановка дыхания на ИВЛ, ее стали еще более тщательно обследовать и обнаружили на нейросонографии перевентрикулярную лейкомаляцию. Тогда же я впервые услышала о высоком риске развития ДЦП. Но тогда это для нас ничего не значило. Были бы живы.
ПВЛ, как ей и положено, перестала определяться на УЗИ в возрасте около 4-5 месяцев, но уже к году Маха в двигательном развитии так заметно отставала от сестры, что это наводило на некоторые мысли. А вот смеяться она научилась раньше, и с тех пор мы так и живем — ну да, ДЦП как последствие тяжелой недоношенности, но все равно жизнь прекрасна! И Маха умеет ей радоваться не меньше, чем Таня, а во многих отношениях и больше, хотя все двигательные навыки, которые Тане дались сами собой около года — полутора лет, Маха осваивает с огромными усилиями в четырех-шестилетнем возрасте. Мы сами не всегда знаем, где заканчивается несчастье и начинается счастье, и так ли они друг другу противоположны.
#медамко#дцп#недоношенныедети#россия