Новый год на две страны
Звоню знакомому белорусу:
- Главный вопрос: Во что падает лицом белорус на Новый Год?
- В оливье, разумеется!
- Погоди. В оливье падает средний россиянин.
- Средний белорус тоже падает!
- Ну, может быть, оливье с языком, а не с вареной колбасой? У вас что, нет национального колорита?
- В обыкновенный оливье! В обыкновенный, советский оливье падает! Лицом! Обыкновенным белорусским лицом!
Я выражаю разочарование и расстройство. И тут он добавляет:
- Но это на Новый Год. У нас этот праздник так… Как раз чтобы в оливье уснуть под телевизор. А вот Коляды – другое дело.
Новый Год в Беларуси действительно довольно утилитарное событие. Конечно, такие атрибуты, как елка, оливье, селедка под шубой, мандарины, телевизор, - все в наличии. Не то чтобы белорусы его, Новый Год, игнорировали. Просто он всего одна из многих составляющих по-настоящему Главного Зимнего Праздника, который и названия-то своего не имеет. Потому что начинается он с католическим Рождеством, 25 декабря. Продолжается недели две. И поглощает по пути и Новый Год, и Рождество православное: белорусы тоже люди, - любят хорошие праздники, и тоже считают, что праздника много не бывает.
Речь сейчас не о государственном, а о празднике, так сказать, души и тела.
- Во что белорус падает лицом на Рождество?
- На католическое? Вообще-то не положено. Но, конечно, бывает, доходят до новогодней кондиции. И тогда уж то в солому, то в капустку, то в бабку.
Тут россиянину почти все понятно. Солома символизирует ясли, в которые Богородица, согласно Библии, положила новорождённого Христа. Капустка – знакомый белорус её именно так, ласково - кормилица всея Европы ещё с каменного века. А вот про бабку пришлось уточнять. Это оказалась тёртая картошка, запечённая с салом и мясом.
- Ну хватит уже, - говорит знакомый белорус. – У нас, между прочим, огромная куча всего самобытного, а ты со своим падением в салат. Пиши про самобытное.
Пишу.
Цары Каляды.
Так называется новогодний обряд в деревне Семежево, Копыльского района, Минской области. Это образцовый рождественский праздник. Настолько образцовый, что вошёл в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО. Сплав христианских и языческих традиций, где никакие традиции друг другу не мешают, а наоборот, создают вместе что-то новое.
Выглядит это так. Накануне Рождества – кутья. Это и еда, и традиция. Как еда – сладкая каша из ячменя с медом, называется «бедная кутья», потому что без мяса. Как традиция – торжественное застолье с восходом первой вечерней звезды.
На следующий день начинаются собственно Коляды. В случае с «Царями Коляды» - обряжаются в военизированные костюмы. Это осталось от народной пьесы XVIII века, пародии на солдат, которые, будучи расквартированными, давали тут представления за еду. Ну и персонажи, так уж исторически сложилось, называются царями. Царь Мамай, Царь Максимиллиан… Еще есть Дед (обычно его изображает девушка в оборванной мужской одежде) и Баба (наоборот, изображаемая парнем).
Вся эта компания заваливается в дома, устраивает представления, поет песни – и все это, по традиции, опять-таки за еду.
Кстати, «Дед» должен водить на веревочке козу.
Дорогие россияне, поезжайте-ка лучше в Беларусь и посмотрите на Коляды своими глазами и поснимайте своими смартфонами. Оно того стоит. Увидите, что душа может разворачиваться не только от оливье и курантов по телевизору.
Опять позвонил знакомому белорусу:
- Что у вас еще интересного из еды? Ну, по традиции?
- Все тебе еда покою не дает. Посмотри фильм «Девчата», там Румянцева перечисляет блюда из картошки, вот тебе белорусские кулинарные традиции.
- Я эту шутку знаю, меня не проведешь!
Он вздохнул и перечислил: заварной черный хлеб с тмином, драники, колдуны, мачанка («Мочанка?» - перебил я; «Нет, мачанка! Это мелко порезанное мясо, самое разное, с овощами, в горшочке»), бигус («Мясо с тушеной квашеной капустой?» «Молодец!»), цепеллины («Это дирижабли», - сказал я; «Нет, это мясо внутри картошки», - ответил он), сальтисон («Что?!» «Потроха со специями, запеченные в кишках!»), полендвица («Переводи!» «Копчено-вяленое филе!»), колбаса кровяная, колбаса с крупой, колбаса с картошкой («Скажи сразу, с чем у вас нет колбасы?» «Сразу говорю – со сгущёнкой!»), крамбамбуля…
Вы пробовали крамбамбулю? Это белорусская настойка на меду и пряностях. Что интересно, когда-то, в XVIII веке, «Крамбамбулей» назывался немецкий ликёр. Потом ликёр ушёл в историю, а его название – в народ. Причем разнесли его, название, по Европе студенты XVIII - XIX веков, которые называли «крамбамбулей» почти любое спиртное.
Вкусно, в общем.
За то, что знакомый белорус надо мною издевался, я ещё раз позвонил ему и занудно перечислил все, что составляет ценностную основу российского нового года. Перечислил оливье и селёдку под шубой. Перечислил обращение президента и «Голубой огонёк». Шампанское и апельсины. Бенгальские огни и квас. Блины, пироги, расстегаи, ботвинью, калачи, караваи, гурьевскую кашу тоже перечислил. Уже добрался до почек заячьих верченых и голов щучьих с чесноком, но он перебил. Сказал, что он и Гиляровского читал, и «Ивана Васильевича» смотрел, и советские новогодние традиции прекрасно помнит, и не надо ему лапшу на уши вешать.
Лапшу, грустно подумал я. Ничего, позвоню ему на Масленицу и отомщу. Блинами за драники.
Евгений СМИРНОВ
© "Союзное государство", № 12, 2012
Дочитали до конца? Было интересно? Поддержите журнал, подпишитесь и поставьте лайк!