Чех Наталья
Павлов Є., Павлова Т. Скрипка.
Київ: РОДОВИД, 2018, 128 с.
ISBN 978-617-7482-26-9
Фотографической серии «Скрипка» (1972) вполне могло не быть, если бы реализовалась спонтанная идея харьковского фотографа Е. Павлова «снять картинку — мужчина стоит голый в воде и играет на баяне на фоне заходящего неба»1. Однако жребий пал на скрипку.
Скрипка — элемент (факт) средневековой культуры волею автора вместе с группой молодых людей была перемещена в архаический хронотоп. Словно гоголевский «нос» или дюшановский «фонтан» скрипка оказывается в неестественной для нее игровой ситуации. Обладая антропоморфными чертами, она переходит из рук в руки участников группы, «переживает экзистенциальные состояния» — «поет», «плачет», «остается в одиночестве», безмолвствует и снова обретает спутника. Этот нарратив накладывается автором на другой, связанный с символическим путешествием неофициального сообщества молодых людей — «обобщенного героя культуры» в повествовании («хора» — в античной драме) через границу семантического поля из обжитого пространства «здесь», где «все свои», жизнь безопасна, в другое пространство «там», где управляют враждебные силы. «Обобщенный образ героя культуры символизирует каждого человека из общности «мы» данной культуры»