Здравствуй читатель!
Вот чего расскажу. Поехал я к Есенину, ну, знаете – поэту. А точнее на его родину, на рязанщину в Константиново.
Осень, вдоль железной дороги деревья в золотой и багряной листве, что за деревья? – всё всматривался я.
Грех в таких краях поэту-то не родиться - подумалось мне. Вокзал проехали, на котором Есенин сходил, там и памятник ему стоит. Памятник увидел, даже волнение охватило, словно сейчас с Есениным-то увижусь.
Сошел на станции Рыбное, до Константинова – рукой подать. Автобуса нет, вызвал такси. Спрашиваю у водителя:
- А что у вас за деревья растут вдоль дорог? Желтые сейчас все.
- Так осень, вот и желтые. – буркнул таксист.
- Да это-то понятно. Какие?
- Да липа это. – опять неохотно ответил он.
Какая же это липа, у липы листья сердечком, а тут на кленовые похожи, а вроде не клен – про себя подумал я.
Ехали мы хорошими полями, ухоженными, скирды сена, озими, березовые перелески. У Константинова конь черный гуляет, грива по ветру развевается.
Купил билетики на все музеи, а их там штук пять сразу! Пообедал в ресторанчике и пошел смотреть.
Погода была сырая, народу мало, и это хорошо, а то затоптали бы. Посмотрел я экспозицию по биографии С.А. Есенина, маску посмертную – жалко его стало. И сюртук его парижский, и шляпу. Как будто рядом с ним постоял…
А потом на Оку вышел. Первый раз я ее увидел – хороша. Удачно село тут встало, словно заведомо было известно, что сюда люди вереницей пойдут, будет чего посмотреть. Места очень красивые, высота, даль, в хорошую погоду, наверное, еще краше. Вот есенинская чуткая душа-то и отзывалась на эту красу, всё ясно становится, как тут побываешь…
Еще дом барский посмотрел, сад при нем. А потом часовенку на откосе, вроде у нее маленький Сергуня ночевал.
Церковь была открыта, зашел. Просторно, благодатно. Передо мной две женщины вошли, чего-то спросили у бабули-свечницы, а она им:
- Это для прихожан, а не для захожан! – сердито так.
Какая сердитая, думаю. Прошел я по храму: хороший, светлый, иконы тоже ладные. Присмотрелся к росписям в куполе – вроде старинные.
Подошел к бабуле. Купил свечечку.
- А скажите пожалуйста, росписи в куполе старинные? – спросил я робкою.
- Здесь новые, а там в куполе старинные, их отреставрировали. – вежливо ответила бабуля.
Поставил свечечку батюшке Серафиму. «Значит, на эти росписи и Есенин смотрел…» - думал я, выходя на улицу.
Тут недалеко и дом родителей Есенина.
Березки перед ним, тополь, говорят сам он его в 1924 году посадил, написано: «Тополь бальзамический», знаю, что такие очень душистые.
В избе просто, даже тесно. Мне повезло, что народу мало, а то и не постоять, не посмотреть. Я шушун хотел материн посмотреть, а его нет, увезли на реставрацию.
Амбарчик еще посмотрел, сказали, что Есенин в нем ночевал, и стихи даже писал.
Сувениры больно дорогие там, увез с собой на память листик с есенинского тополя да понимание того, где Сергей Александрович зачерпнул свой дар драгоценный.
Всё там хорошо, а вот могилки его там нет, как-то неправильно. Вроде у него побывал, а вроде и не у него…
Спасибо за чтение!
Храни Вас Бог!