моряки тем не менее верили в их нежность и непорочность. Стремление поймать русалку было столь велико, что матросов повсюду преследовали видения героинь их эротических грез. Один из авторов по этому поводу заметил: «То, что человеческая фантазия из океанских пучин породила этих прекрасных, загадочных и опасных морских богинь, должно было, безусловно, отвечать каким-то основным человеческим потребностям». Немец Георг Стеллер, крупный натуралист XVIII века, имел другую точку зрения на происхождение русалок. К тому моменту как он стал участником второй Камчатской экспедиции Беринга, отправившейся на поиски морского пути из Сибири в Аляску, сформировалось устойчивое мнение, что русалки – это дюгони или морские котики. Эти морские млекопитающие кормят молоком своих детенышей, и, возможно, увиденные сцены кормления послужили источником для историй о прекрасных морских девах с четко оформленной обнаженной грудью.
На обратном пути корабль Стеллера затонул. Вместе с остальными членами комавды Стеллер добрался до острова Медного из группы Командорских островов. Там, во время прилива, Стеллер увидел в воде странные горбатые существа, напоминавшие перевернутые лодки. В следующий раз он обнаружил, что эти животные, похожие на тюленей, какого-то неизвестного вида. Он назвал их Rhytina stelleri, или стеллерова корова, и решил, что именно этих так неблагозвучно названных животных и принимали ранее за русалок. Впервые с этими животными столкнулся профессиональный натуралист. Каждая особь весила более тонны и достигала в длину в среднем восьми метров, имела маленькую голову и толстый раздвоенный хвост. Дальнейшие наблюдения показали, что они спаривались, как человеческие существа. Это происходило обычно весной, по вечерам, когда море было спокойно.
Стеллер писал: «Совокуплению предшествуют долгие любовные игры. Непрерывно преследуемая самцом самка не спеша плавает туда-сюда, легко уклоняясь от него, пока, решив не откладывать дальше, не перевернется на спину, как бы устав и уступая, после чего самец стремительно наплывает на нее сверху, платя дань своей страсти, и они застывают в совместном объятии».
Спрашиваешь, готова ли баня, — говорят: «Сын произошел из ничего». Из этих слов видно, как глубоко арианская ересь волновала тогдашнее общество. Это и понятно — весь народ чувствовал, что спор идет не об отвлеченном теоретическом вопросе, но о самом существе веры.
Церковный раскол не на шутку обеспокоил и светские власти. Император Константин I, после нескольких безуспешных попыток примирить враждующие партии, принял решение созвать для обсуждения троичного догмата Вселенский собор. В начале 325 г. он особым повелением пригласил имперских епископов в Никею. Все издержки на их путешествие и пребывание в Никее он принимал на себя. Всего собралось около 300 епископов, в основном из восточных провинций (от западных на соборе, кажется, присутствовало не более 5 представителей). Заседания происходили в одной из палат императорского дворца с 19 июня по 25 августа.
Догматический вопрос, который предстояло решить никейским отцам, состоял буквально в следующем: нужно ли признавать Сына Божьего Богом, равночестным с Богом Отцом, или следует считать Его лишь совершеннейшим из творений. Были также сторонники третьей точки зрения, которые признавали Сына Богом, но Богом не равного достоинства с Отцом. Партию ариан на соборе представлял Евсевий Никомедийский. Его поддерживали Митрофан Эфесский, Патрофил Скифопольский и некоторые другие восточные епископы. Все они признавали Сына Божьего «тварью».
Но таких крайних ариан было немного — всего около 17 человек. Значительно больше набралось так называемых полуариан. В догматическом отношении они держались древней теории субординации — хотя и почитали Сына Божьего Богом, но считали божество Его неравным божеству Отца, а соподчиненным. Эту партию возглавлял известный церковный историк Евсевий Кесарийский. Он сам и его последователи находились под сильным влиянием философии Оригена. Партию православных епископов возглавлял Александр, епископ александрийский. Она держалась догматического учения о том, что Сын Божий так же совершенен, как Отец.
Как формулировался символ веры строгих ариан, не известно, но несомненно, что он содержал в себе самую сущность арианской доктрины. Именно: «Сын Божий — произведение и тварь», «было время, когда Сына не было», «Сын изменяем по существу». Арий, присутствовавший на первых заседаниях собора, сам представлял этот символ, однако его объяснения не произвели на епископов впечатления. Это и понятно, ведь в Священном Писании не было ни одного из предложенных им выражений. Как только символ Ария был отвергнут, список его разорвали в клочья.
Но отчего же иудеи и язычники одинаково грешны перед Богом? Разве не были иудеи избранным народом Божьим и разве не жили они со времен Моисея по Его предписаниям9 Павел отвечал на это, что грех и смерть вошли в мир через одного человека — Адама, и были оправданы только смертью Христа. Посему и нет теперь большой разницы между жившими по Закону и не знавшими его. В Первом послании к коринфянам Павел писал, что воскресший Христос противостоит Адаму, в лице которого род человеческий подпал под власть смерти. «Христос воскрес из мертвых, первенец — из умерших. Ибо, как смерть через человека, так через человека и воскресение из мертвых. Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут…»
Еще одно возможное объяснение напрашивается благодаря современным опытам с экстрасенсорным восприятием и зрением «на расстоянии». Для сверхчувственного восприятия, которое современные исследователи психики считают всепроникающим, расстояние не имеет значения. Двое убежденных в этом исследователей, Инго Сван и Гарольд Шерман, записали свои впечатления от мысленного «полета» на Юпитер и Меркурий перед тем, как туда были запущены ракеты «Пионер-10» и «Маринер-10». Их описания в точности совпали с полученными результатами – плотные ярко окрашенные облака, голубые ледяные кристаллы, вихреобразные смерчи на Юпитере, тонкая атмосфера, слабое магнитное поле на Марсе и гелиевый хвост этой планеты в космосе, направленный от Солнца (это было неизвестно астрономам до полета «Маринера-10»). Знания, которыми обладают догоны, едва ли точнее этих сведений, и хотя они уверены, что эта мудрость оставлена им в наследство гостями из космоса, может быть, на самом деле они получены от жившего когда-то среди них мудрого ясновидца, отправившего свой разум в путешествие к самой яркой звезде на небосводе и поведавшего потом о чудесах, которые он увидел.
