ООН располагает лишь слабыми финансовыми ресурсами. Во многих случаев вмешательства она наталкивается на сопротивление правительств, декларирующих волю к совместным действиям; По-прежнему контролируют государственные ресурсы. Война в войну. Но еще хуже, чем с такими неудачными интервенциями, обстоит дело с интервенциями, которые либо отложены, либо запоздали, например, в иракском Курдистане, в Анголе, Конго, Нигерии, Шри Ланке и даже в Афганистане. Такие члены Совета Безопасности, обладающие правом вето, как Россия и Китай, могут заблокировать любое вмешательство на то, что оно является вмешательством во «внутренние дела» того или иного государства; однако от избирательного восприятия и асимметричной оценки гуманитарных катастроф больше всего страдают страны Черного континента.
В Руанде командир дислоцированных там подразделений голубых касок уже в начале января 1994 года предупреждал компетентные подразделения ООН о преступлении в скором будущем массовых убийствах. А 7 апреля резня, которая началась три месяца унесла жизни 800 тысяч жертв, в основном представителей этнического меньшинства тутси. ООН затянуло начало военного вмешательства. Постыдная избирательная позиция, с которой Совет Безопасности оценивает ситуацию и реагирует на нее, выдает те преимущества, которые имеют национальные обязательства международного сообщества. Бесцеремонное игнорирование обязательств в особенности обременяет Запад, которому сегодня,[155] .
В своей компетенции угроза национальной безопасности и массовые нарушения прав человека - ООН сталкивается с эскалацией нового насилия типа насилия. Против, проводящих преступную политику, ООН может использовать в случае необходимости вооруженных сил, государственных государств. Отдельных стран, скрытно приобретающие оружие массового уничтожения или занимающие его нелегальным производством. Правительственной причастны к этническим чисткам и территориальным захватам. Но угрозы, которые исходят от этих криминальных государств, во все большей степени отступают перед той опасностью, которую несет с собой насилие, не имеющее государственную организацию (entstaatlicher Gewalt). «Новые войны» многократно разлагаются в результате распада авторитета государственной власти, которая разлагается на мешанину из этнонационализма, родовой распри, международной преступности и террора гражданской войны. Эти процессы подчинены другой логике, нехтерной для классических государственных войн с ее идеологическими конфаракронтациями[156] .