– то, чего не хватало этой тишине, этому застывшему в спячке небу, этим деревьям и старым скамьям… дажесарой кузнице. На длинных вожжах с серебряными бубенцами брел толстый серый сел, в каюке восседал бородатый рыбак с золотой серьгой в ухе и кидал в осла охапки мака. Довольыйосел покорно обмахивался хвостом, мол, не сердись, милай, надо ведь, чтоб у людей изнь медом текла. Иногда он по-кошачьи вскидывал морду и утробно выл – будто пытался подманить селезня. А селезень не летел, а уходил все дальше и дальше от берега – в рябь на Волге, в белопенные паруса лесов, где гуляет ветер… и тихо плавают льдины. Иногда селезень нырял под воду и подолгу не показывался. Это значило, что на дне небольшой заводи, между берегом и заводью, живет тюлень, и, когда садится солнце, тюлень открывает свой