- Сир, я должен поговорить с вами об улицах Парижа. Там процветает коррупция.... Позвольте мне объяснить: вы, вероятно, никогда

В чем было его влечение? Мы едва ли можем описать это так грубо, как префект. Достаточно сказать, что панорама не имела никакого сходства со своими однофамильцами с бульвара, теми огромными оптическими иллюзиями, которые так искусно изобразил художник Прево, представляя чудеса Парижа, Неаполя и Амстердама. Чудеса здесь состояли из природных красот более интимного характера, которые те, кто имел вкус к сценам из реальной жизни, приходили созерцать в тишине. Их провели в маленькие гостиные, обставленные в их честь, стены которых напоминали стены дворца Нерона в Британике:

• Даже у этих стен, милорд, могут быть глаза.
• У них были глаза на улице де ла Лой, и хозяйка получала от них приличную прибыль. Мадам де Сент-Аман сама могла бы взять на вооружение девиз Amour et Verite,
• Но начальнику полиции было не до шуток в его официальных отчетах. Он продолжил развивать свою тему, обращаясь к императору в патетических выражениях. сир, возможно, вам предстоит выполнить великую задачу-сделать нас более добродетельными; тогда мы должны быть действительно достойны любить вас. Ничто, говорит Платон, не является более неприятным для богов, чем приношения нечистых.'
• Вероятно, Наполеон считал, что Платон не имел ничего общего с Моралью Панорамы, и что Дюбуа, с другой стороны, был недостаточно квалифицирован для роли моралиста. О htm и его жене, бывшей Майле Розали, рассказывали не одну недобрую историю, но он, по крайней мере, серьезно относился к своим обязанностям, и император считал его одним из тех хитрых браконьеров, которые в случае необходимости могут стать отличными егерями. Разве у него не было всех оснований знать более или менее темное окружение столицы? Проститутки, потому что он получал от них прибыль, игорные дома, потому что они платили ему налог, воры, потому что он сам был в какой-то степени в этой линии.
• И теперь, когда нам ясна мораль этого человека, мы можем исследовать прекрасный мир, который сформировал его клиентуру.
• Когда иностранец приезжал в Париж во времена Наполеона, первое, что он хотел увидеть, были рецензии на карусели с изображением императора и его телохранителя, а также проституток Пале-Рояля. Во всех записях о своих путешествиях, оставленных нам туристами из-за Ла-Манша и Рейна, этот двойной лейтмотив является обязательным, и второй часто играет более важную роль, чем первый. Самые серьезные люди, в том числе семьяне, не могли дождаться, когда выйдут из своих экипажей, прежде чем броситься на "эту ужасную сцену разврата, расположенную посреди великого города, который развратил и прогнил все общество/ 1
• Праздник, который там устраивали, мало чем отличался от праздника предыдущего столетия. Под аркадами, как говорит нам Йорк, " игорные дома чередуются с лачугами, в которых соблазнительные молодые женщины следуют общепризнанной профессии, продавая вам подвязки, нитки, лавандовую воду, зубные щетки и сургуч.
• - Йорк,