Ворота замка были распахнуты настежь, дрожащий подъемный мост качнулся и зазвенел

Ворота замка были распахнуты настежь,

Дрожащий подъемный мост качнулся и зазвенел,

И громкое эхо разнеслось по кремнистой улице

Под топочущими ногами бегунов,

Так же медленно спускаемся по крутому спуску

Король прекрасной Шотландии и дворяне отправились,

В то время как на всем протяжении многолюдного пути

Был юбилейный и громкий хузза.

И всегда Джеймс низко склонялся

К луке седла его белой дженнет,

Снимая шапку перед городской дамой,

Который улыбался и краснел от гордости и стыда.

И что ж, жеманник может быть тщеславен, —

Он выбрал самую красивую из поезда.

Он серьезно приветствует каждого родителя города, высоко

оценивает причудливый наряд каждого участника конкурса,

Вслух благодарит танцоров,

И улыбается, и кивает толпе,

Которые разрывают небеса своими возгласами: "Да здравствует король общин, король Джеймс!"

Позади короля толпились пэр и рыцарь,

А также благородная дама и девица Брайт,

Чьи огненные кони плохо переносили пребывание

Крутой улицы и многолюдного пути.

Но в поезде вы могли бы заметить

Темный опущенный лоб и суровое лицо;

Там дворяне оплакивали свою сдержанную гордость,

А радости подлого бюргера презирали;

И вожди, которые, заложники своего клана,

Были ли каждый из них изгнанником из дома,

Там думали о своей собственной серой башне,

Их колышущиеся леса, их феодальная власть,

И считали себя позорной частью

Зрелища, которое они проклинали в сердце.