2012 год. На одной из подмосковных генеральских дач ломают старый гараж. Неожиданно в одной из стен обнаруживают тайник, в котором спрятаны два пыльных чемодана с рукописями. В тот момент никто не догадывается, что это те самые дневники, которые 50 лет назад могли изменить историю страны. В них много страшных тайн, в том числе тайна прихода Никиты Хрущева к власти. Это были дневники первого председателя КГБ Ивана Серова.
Генерал Иван Серов — доверенное лицо Сталина. В течение многих лет бессменный заместитель Берии, правая рука Хрущева. В прочем, этот человек был не только рядом с первыми лицами государства, но и, как утверждают историки, сам вершил историю в ее переломный момент. «Красный палач», «Иван Ужасный», Герой Советского Союза и тот, кто первым нашел тело Гитлера в поверженном Берлине — это все про него.
В середине 60-х годов прошлого века на имя Серова в СССР было наложено жесточайшее табу — его убрали даже со всех исторических фотографий. Например, на фотографии, запечатлевшей момент подписания акта о капитуляции Германии, Серов стоит прямо за спиной маршала Жукова, а после 1963 года его с этой фотографии убрали.
Оригинал хранится только в семье. Серов умер, вычеркнутый и из партийных списков и из истории.
Но через 22 года произошло невероятное: открылись чудовищные подробности борьбы за власть после смерти Сталина. Участник этих интриг, предательств, подковёрной борьбы доверил свои сокровенные тайны дневникам.
Хрущев и его окружение сделали все, чтобы фигура Серова навсегда исчезла из Советской истории. Но неожиданно в 1971 году КГБ получил данные о том, что бывший председатель занят написанием воспоминаний о своей профессиональной и государственной деятельности. Информация произвела эффект разорвавшейся бомбы.
По словам историков, к попыткам Серова написать мемуары власть отнеслась очень болезненно. Появления его дневников испугалась вся партийная верхушка.
Чтобы выяснить, о чем пишет старый генерал, к нему внедряли писателей и журналистов. Узнать содержание дневников пытался даже «папа» Штирлица — Юлиан Семенов. По словам экспертов, все боялись политических последствий. Если бы эта книга была опубликована на Западе, то у врагов СССР появилась бы возможность поставить под сомнение монолитное единство Союза.
Главный герой замурованного дневника — Никита Хрущев — свой человек Серова в партии, который безжалостно предал его после 25 лет совместной работы и дружбы.
В своих мемуарах Серов не оставляет камня на камне от хрущевского образа освободителя репрессированных и борца с культом личности Сталина. Опальный генерал излагает свою версию о том, как на самом деле начиналась знаменитая «хрущевская оттепель». И даже если какие-то его оценки можно списать на личную обиду, эти воспоминания заставляют по-новому взглянуть на личности и события, про которые, казалось бы, мы все уже знаем.
Из дневников Ивана Серова: «На закрытом заседании съезда Хрущев выложил свой доклад о культе личности Сталина с приведением примеров личного свойства, когда он общался со Сталиным. А я-то помню, с какой он гордостью в сороковом году показывал фотографию, на которой они со Сталиным сидят рядом».
25 февраля 1956 года состоялось закрытое заседание XX съезда партии, на котором Хрущев делает свой знаменитый антисталинский доклад. Он разоблачает культ личности, и впервые говорит о репрессиях. Во всеуслышание звучат цифры: арестовано более полутора миллиона человек, из которых более 700 тысяч расстреляно. Кстати, Серов на этом съезде не просто делегат — он один из соавторов доклада. Парадоксально, что сам заместитель Берии готовит материалы, порочащие собственное ведомство.
Делегаты съезда были повергнуты в шок. По всей стране начались массовые сносы памятников Сталину и требования немедленно начать реабилитацию политзаключенных. Хрущев стремительно набирал политические очки.
За стенами Кремля мало кто знал, что осуждение культа Сталина и амнистия политических были начаты уже три года назад, и автором был совсем не Хрущев, а Лаврентий Берия. Сложно поверить, но это факт.
В марте 1953, сразу после смерти Сталина, именно Берия пошел в наступление: подписал приказ о пересмотре обвинения в адрес руководства ВВС, выпустил постановление об освобождении так называемых врачей-убийц. Кроме того, Берия привлек к ответственности ряд сотрудников МГБ как особо изощрявшихся в фабрикации этих дел.
По словам историков, тогда Берия стремился к власти. Это был сильный и волевой человек, довольно эффективный и опытный управленец, мысли которого во многом опережали свою эпоху.
Сформированное клише зловещего человека в пенсне с руками по локоть в крови, сексуального маньяка, который ездил по улице и воровал молоденьких девушек, — это чисто пропагандистская сказка-страшилка.
Замысел Берии был прост: реабилитируя невинно осужденных, он убивал сразу несколько зайцев.
Во-первых, в стране, где репрессии затронули множество семей, он выступал в роли освободителя, что увеличивало его шансы, потеснив Маленкова и Хрущева, стать руководителем страны.
Во-вторых, освобождая из тюрьмы осужденных чекистов, Берия надеялся получить в их лице надежных и преданных сотрудников.
В-третьих, он привлекал на свою сторону соратников: Молотова, жена которого сидела в лагере; Кагановича, чей брат был оклеветан и покончил с собой.
Однако, по словам специалистов, Берия не понимал, что если он будет акцентировать внимание на последних сталинский кампаниях, все равно рано или поздно дойдет очередь и до него.
По амнистии, проведенной по проекту Берии, на свободу вышло более миллиона человек. В отношении четырехсот тысяч были прекращены дела. Если бы его не арестовали в июне 1953, возможно, культ личности на XX съезде партии развенчивал бы не Хрущев, а именно Берия.
Таким образом, Хрущев сначала расправился с Берией, которого очень быстро осудили и расстреляли как агента империалистических разведок.
Из дневников Серова: «Я как-то спокойно это принял. Возможно, я был подготовлен к тому, что Берия себя вел чересчур вызывающе самоуверенно».
Но почему Серов пошел против своего многолетнего начальника?
Многие в ЦК КПСС верили, что он человек Берии и очень настороженно отнеслись к решению Хрущева довериться Серову в этом вопросе. Казалось бы, своей блестящей карьерой Серов обязан именно Берии.
Летом 53 Серов как-то очень быстро отмежевался от своего бывшего шефа, которому был обязан стремительной карьерой. И связано это было не только с опасностью быть арестованным вслед за начальником. Он и так был в группе риска как заместитель Берии. Существовала на то и глубоко личная причина. Дело в том, что, будучи направленным в НКВД по армейской путевке, а не по своему желанию, он так и не стал там своим. И тому есть подтверждение. В 1953, во время бериевской амнистии, Лаврентий Павлович не освободил людей Серова, осужденных за злоупотребления в Германии.
Серов поступил в том же духе. Если бы не он, арест Берии не прошел бы так гладко.
Будучи много лет замом хозяина НКВД, Серов отлично знал, как работает аппарат и как выключить эту систему. Он сделал все, чтобы люди Берии не смогли вмешаться в устранение шефа. Бериевцы были сразу арестованы, даже за рубежом, находясь в командировках. Охрану Серов разоружил самостоятельно, и лично обрезал провода «вертушки» в кабинете Берии. Он был даже готов допрашивать Берию, о чем и пишет в своем дневнике.
Но президиум ЦК перестраховался, и передал следствие генеральному прокурору Роману Руденко. Вместе с ним по личному указанию Хрущева Серов две недели разбирал в особом архиве ЦК документы, касающиеся Берии и его отношений со Сталиным.
Из дневника Серова: «Когда Берию расстреляли, Хрущев приказал нам с Руденко, не привлекая никого, вскрыть сейфы Берии, доложить, по его указаниям составить акты и уничтожить часть материалов».
В полуподвальном помещении Кремля было сожжено огромное количество материалов наблюдений за советской и коминтерновской элитой: Маленковым, Калининым, Шверником, Димитровым и Вильгельмом Пиком. Среди уничтоженных бумаг была и 261 страница разной переписки о Хрущеве.
По словам экспертов, Хрущев был довольно активным исполнителем и даже инициатором многих репрессий как в бытности его секретарем Московского горкома партии, так и в бытность секретарем ЦК Украины. Все за год на Украине, с приходом Хрущева, было расстреляно более 100 тысяч человек. И все решения о расстрелах визировались Хрущевым.
Из дневников Серова: «Разобрали много подлейших записок Ежова, наркома НКВД, где он ставит вопрос об аресте ряда руководящих деятелей краев и областей. Были и записки с Украины за подписью Хрущева такого же характера. Видимо, шел в ногу и не хотел отставать».
Поработав в Кремлевском архиве, Серов фактически создал Хрущеву новый образ, не запятнанный ни кровью, ни репрессиями. Именно такой лидер мог смело начинать оттепель и оправдывать невинных.
Получается, благодаря Серову многие поколения советских и российских людей думают, что амнистии начались при Хрущеве, а главными злодеями времени «большого террора» были исключительно Сталин и Берия?
Эти стереотипные представления ломает дневник генерала Серова, который опубликован недавно, спустя 60 лет после описанных событий.
Трудно даже представить, какова была реакция, если бы эти дневники увидели свет при Хрущеве или даже Брежневе.
(Продолжение следует).
Друзья, если вам понравилась статья, ставьте лайк, оставляйте комментарии и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новых интересных историй.