Найти в Дзене

QR-коды применят к «Бессмертному полку»?

В СМИ прошло неприметное сообщение, которое, при небольшом размышлении, заставляет содрогнутся. Если догадка верна – это будет реальный конец. Есть такое понятие «переступить последнюю черту». Когда Леонтьев называет всех неуколотых «баранами» и требует их «бить по башке» - это очень близко к этой последней черте, но все же не за ней. Когда снимаются пропагандистские ролики и пишутся идиотские письма, пробивающие днище – это близко к черте. Но все же это не за чертой. А что может быть тем последним шагом, когда последняя черта будет переступлена? Это когда угрозе подвергаешься не ты сам, а близкие и дорогие тебе люди. И, в том числе, мертвые. То есть когда угрозе подвергается возможность чтить их память. 4 декабря новоизбранный депутат Госдумы Елена Цунаева заявила, что в 2022 году «Бессмертный полк» пройдет в том числе и в онлайн-формате. То есть подразумевается и реальное шествие, и онлайн-суррогат для тех, кто, по словам депутата, физически не сможет принять участие в шествии. При э

В СМИ прошло неприметное сообщение, которое, при небольшом размышлении, заставляет содрогнутся. Если догадка верна – это будет реальный конец.

Есть такое понятие «переступить последнюю черту». Когда Леонтьев называет всех неуколотых «баранами» и требует их «бить по башке» - это очень близко к этой последней черте, но все же не за ней.

Когда снимаются пропагандистские ролики и пишутся идиотские письма, пробивающие днище – это близко к черте. Но все же это не за чертой. А что может быть тем последним шагом, когда последняя черта будет переступлена?

Это когда угрозе подвергаешься не ты сам, а близкие и дорогие тебе люди. И, в том числе, мертвые. То есть когда угрозе подвергается возможность чтить их память.

4 декабря новоизбранный депутат Госдумы Елена Цунаева заявила, что в 2022 году «Бессмертный полк» пройдет в том числе и в онлайн-формате. То есть подразумевается и реальное шествие, и онлайн-суррогат для тех, кто, по словам депутата, физически не сможет принять участие в шествии.

При этом Цунаева заметила, что онлайн, конечно, не даст возможности прочувствовать атмосферу праздника.

Ну сказала и сказала. Хорошо же, что заботятся о тех, кто не сможет участвовать в мероприятии. И прекрасно, что понимают, что никакие онлайны не заменят живого участия. Вот только… Возникло смутное подозрение, а о ком, собственно, «забота»?

А «забота» эта, судя по всему, о тех, кто не раздобудет заветный аусвайс QR-код. Да, закон забуксовал и пока не принят. Однако очевидно, что его инициаторы не намерены от него отказываться. Всерьез обсуждается бред про смену названия, про всякие доработки и т.д. То есть эта склизкая и мерзкая гадина ищет другие пути.

Ведь чиновники прямо говорят, что QR нужны, чтобы отделить уколотых от неуколотых. И получается, что в кафе и в автобус без кода нельзя, а на самое многочисленное мероприятие в году можно? Не логично.

Кстати, сама Цунаева не стесняется и QRизацию поддерживает. (При этом занимается мерзкой казуистикой с отсылками к Гитлеру…)

Так вот. В логике QR-сегрегации, заявление о том, что онлайн формат создается для тех, кто не может физически принять участие в шествии – это явно не про больных и пожилых. Очевидно, что это про неQRизированных!

Другими словами, людям, которые не согласились делать «добровольный» укол, могут запретить участие в общенародном чествовании героев Великой Отечественной войны! И это уже за той самой чертой…

9 мая – единственный общенародный праздник, который по-настоящему скрепляет общество, дает ощущение того самого народного единства. Разделение на тех, кому можно и кому нельзя чтить память предков – это последний гвоздь в крышку гроба единого общества.

Это та последняя черта, после которой страны не будет.

И если чудаки во власти этого не понимают, если общество не сможет это отбить, если портрет ветерана нельзя будет пронести по центральной улице города без укола… Думайте сами.