Вот это дело, Ставин, подумал Кариф

Вот это дело, Ставин, подумал Кариф. В арсенале солдата не должно быть жалости. Что я тебе сказал в Наличе, помнишь? Кладбища заполнены милосердными людьми. Высокочастотный визг заполнил туннель, когда солдаты Гродолкина убили последнего гретчина. Зеленокожие карлики не могли сравниться с востроянцами в рукопашном бою.

— Проклятье, мы были в шаге от беды, комиссар, — сказал сержант Гродолкин, подойдя к Карифу. Сержант заметил, что Ставин до сих пор колет штыком безжизненное тело ксеноса.

— Достаточно, рядовой. Он мертв. Побереги силы для тех, которых еще встретишь.

Ставин сделал шаг назад, его грудь вздымалась и опадала от глубоких вдохов.

— Если бы хоть один луч попал в эту взрывчатку, сержант, — сказал Кариф, ткнув пальцем во взрывчатку на потолке, — нас бы ждала очень громкая и, по моему мнению, преждевременная смерть.

— Почему именно здесь? — удивился Гродолкин.

— Я подозреваю, что мы очень близко от нашей цели, сержант. Надо попробовать найти поблизости люк выхода. Здесь должна быть лестница, ведущая к крышке люка. Я слышу звук реки, так что мост уже должен быть рядом. Гретчины пытались разрушить дорогу.

Гродолкин кивнул.

— Хотите сказать мы позади востроянских позиций?

— Скорее мы прямо под ними.

В подтверждение этого туннель вздрогнул от мощного взрыва. Кариф сказал:

— Должно быть орки приближаются к мосту пока мы с вами тут говорим, сержант. Нам нужно двигаться.

Еще один взрыв потряс туннель. Один из солдат Гродолкина позвал сержанта. Кариф и Ставин пошли за Гродолкиным к этому солдату и увидели, что тот нашел металлические скобы, закрепленные в стене. Лестница вела вверх к люку, это их выход из канализации.

— Превосходно, — сказал Кариф, — прикажите вашим людям снять взрывчатку гречтинов. Нам не нужны неожиданности после того, как мы тут все зачистили.

— Так точно, комиссар, — сказал Гродолкин. Он повернулся и стал давать отрывистые команды.

— Что до меня, — сказал Кариф. — Мне не помешает немного свежего воздуха.