Мы перестали замечать время. Судно лежало в дрейфе и тоже благоговейно слушало шум двигающегося сквозь храм алтаря. Намного ниже его вершин летал альбатрос. А позади было еще два маленьких айсберга, очевидно соединенных с ним под водой общей подошвой. И я все думал о тщетности усилий человечества достичь величия и о том, что мы гости здесь, что планета и мироздание только терпят нас – и больше ничего… – А что это красное? Белого медведя убили, что ли? И мы все заметили странные кровяные подтеки на огромной высоте, у самых вершин. – Братцы, так это же номер! – заорал кто-то. – Номер восемнадцать! Айсберги оказались пронумерованными. Ледовый патруль метил их из ракетных пистолетов, как метят овец. На айсберге был номер, как инвентарная бирка на канцелярском столе. Чтобы не путать их друг с другом, чтобы они не разбежались, не ушли в кусты от пастуха. Благоговейная тишина рухнула. Капитан приказал давать ход и чертыхнулся, потому что мы потеряли на знакомство с айсбергами не меньше часа.