Сегодня мне хочется рассказать вам об одном реальном случае и пожелать, чтобы с вами такого никогда не случилось.
Пятница. Вторая половина дня. Толпа рванулась с перрона в вагон электрички и заполнила собой все, что можно было заполнить. Она растекалась по всему пространству вагона и, вместо того, чтобы, как только электричка затормаживала на очередном полустанке, выплеснуться наружу, она наоборот становилась плотнее и плотнее.
Изголодавшиеся за неделю студенты рванули на мамкины пирожки.
Было душно, шумно, пахло потом и табаком. Я сидела у окна, сплюснутая как камбала, но, тем не менее - счастливая, и умилялась своей сообразительностью: Вот здорово, все же, что я решилась проехать 3 остановки до вокзала, а то бы сейчас висела бы между чьими-то подмышками, вдыхая ароматы потных тел и перегара. Да за два часа, что ехать до моего города, от меня бы ничего не осталось...
Так же, наверное, думал и сидевший напротив меня дедок. Но, в отличие от меня, прижимающей к себе маленькую, чуть больше тетрадного листа, сумочку, его багаж был довольно внушительных размеров и состоял из обмотанного веревкой мешка, скорее всего, с картошкой, и двух больших сумок. Дедок поставил мешок на сиденье, сверху пристроил одну из сумок, вторую поставил на пол, а сверху водрузил огромный пакет, до верху забитый помидорами, а поперек поклажи пристроил самодельный, плохо ошкуренный бадик.
- Бабка нагрузила, - немного виновато произнес дедок. - Дочке везу. В Похвистневе встретят.
- Как хорошо, когда есть родители, - вздохнула я, улыбнулась дедку и вздохнула, представив, как неловко ему за то, что мешок занимает столь необходимое для пассажиров пространство. Но дальше развить свою мысль не получилось.
Высокий, лет 20-и парень, наклонился над стариком и, грубо толкнув его в плечо, поинтересовался:
- Ты че, мешок свой не собираешься убирать?
- Так куда же я его? - Виновато поинтересовался дедок. - Места-то нету.
- Да мне пофиг. - Ответил парень, употребив вместо "пофигу", совсем другое слово.
- Как это, пофигу? У меня и билет на провоз взят. Я как для пассажира взял. - дедок сунул руку в карман и вытащил 2 розовеньких бумажки. - Я ж заплатил за это место. Значит, могу перевозить.
- Слышь, ты, - наклонился парень. - Единственное что ты можешь, это в торец получить.
Дедок как-то весь сжался, а я аж задохнулась от такого скотства. Вокруг довольно ржала молодежь, а те, кто постарше, и на защиту которых можно было бы рассчитывать, смотрели в сторону. Как будто ничего не случилось.
- Послушайте, молодой человек, - обратилась я к парню, - Вам не кажется, что вы себя не правильно ведете?
- Че? - Резко повернулся тот в мою сторону и мне почему-то показалось, что избежать оплеухи у меня не получится.
- Граждане пассажиры, приготовьте билетики! - раздалось в начале вагона и я увидела продирающихся сквозь толпу контролера и человека в форме. Толпа пассажиров, качнувшись, рванула в противоположный конец вагона. Не знаю, как это у них получилось, но в вагоне стало почти свободно. Безбилетники уносили ноги. Убегал и "наш" парень.
Дедок смотрел в окно, а по щекам текли слезы. Захотелось плакать и мне. А еще захотелось спросить у взрослых мужиков, почему они не заступились за годившегося им в отцы человека? Но, посмотрев на безучастное лицо сидящего наискосок мужчины, почему-то передумала...
Прошло уже около 5 лет с этого случая, а вспомнилось, хотя и не забывалось, потому, что зашла в автобус, молодежь вся в телефонах. Или старательно делают вид, что спят. И никто даже не подумал бабке место уступить))