Они насобирали хворост и, как только стемнело, развели костер. Приготовили себе ложа и уселись за ужин. Чтобы дать возможность поесть О'Донеллам, им развязали руки. После ужина разбойники опять их связали.
Томек с трудом проглотил несколько кусков вяленого мяса. Картер приказал ему лечь у самого костра. Томек лежал под низким кустом и с ужасом думал о своем положении. Его схватили опасные бандиты. Они, конечно, прикончат О'Донеллов, а за него потребуют выкуп. В лагере остались только два матроса. Что будет, если Картер узнает об этом?
Томек очень боялся Картера, столь равнодушно говорившего об убийствах. Раздумывая об ужасном положении, в каком он очутился, Томек дрожал от страха.
Время тянулось медленно. Бушренджеры укладывались спать. Один из них остался сторожить пленников и поддерживать костер. У него было отвратительное лицо, покрытое оспинами. Он уселся на обломок скалы и бдительно вглядывался в темное устье ущелья, время от времени внимательно разглядывая спящих пленников. Томек пристально следил за ним, не делая ни одного движения. Спустя некоторое время стражники сменились. Новый часовой столь же бдительно смотрел за всем происходящим вокруг бивуака. Но когда его, в свою очередь, сменил третий разбойник, положение изменилось: этот, недолго думая, подбросил веток в костер и немедленно завалился спать. Зевая во всю глотку, стражник смотрел на звезды, блестевшие на небе.
Сердце в груди Томека стало биться сильнее, потому что он заметил, как разбойник, стороживший лагерь, преклонил голову к земле и погрузился в сон, время от времени похрапывая.
«Если я до свету не вернусь в лагерь, случится несчастье, – думал Томек. – Ах, если бы мне удалось бежать...»
Томек решил немедленно привести свое намерение в исполнение. Ведь руки у него были свободны. Картер связал только ноги, потому что считал мальчика неопасным противником. У Томека сохранился его охотничий нож. Во время борьбы с О'Донеллом сорочка Томека выпросталась из брюк и прикрыла собой оружие. Нащупав рукоятку ножа, Томек осторожно вытянул лезвие из ножен и перерезал веревку, связывающую ноги.
«Достаточно влезть на скалу, и путь к бегству свободен, – думал Томек. – Но что будет, если кто-нибудь из разбойников проснется? Ах, лучше не думать об этом! Если бы со мной был мой штуцер!»
