У меня отобрали любимое лакомство. Никаких больше дофаминовых экзальтаций. Только суровые, серые будни. Навсегда. Так думает зависимый, когда перестает употреблять вещества. Стафф делал его бодрым, жизнерадостным, спокойным или шустрым. В общем, его меняло. И эти изменения зависимому нравятся. Не зря он обозначает хороший приход, как «поменяло» или «подлечило».
Если зависимость, это болезнь, то неудивительно, что нарки вечно в поисках лекарства. Ученые мужи чванливо разжевывают. Зависимость, это не банальное употребление веществ. Это пониженный уровень гормонов радости. ИЗНАЧАЛЬНО, еще до первого употреба! То есть я стал зависимым, не потому, что привык. А потому, что мой уровень дофамина был низким. А когда я употребил, то возликовал! Ибо обрел «норму», подняв этот чертов дофамин. Ну а теперь, что делать нам, о унылый наркуша? Лакомство отобрали. Где черпать дофаминчег? Других ресурсов мы не знаем. Вот тут и ключ, ленивая скотина. Тебе придется знатно распять плоть, чтобы заполучить н