Я сидела и глотала душевные слезы. Мне не мешали. Благодарность к окружающим за понимание постепенно вытеснила комок в горле. – Славуня, загляни, пожалуйста, в отверстие для кассет старого видака. Там лежит конверт. Достань его и дай мне. Тяжкий вздох прервал мой монолог: – Ма, ты не волнуйся, мы его починим и на дачу отправим. Сам займусь, честное слово. Держи свой конверт. Ценный сейф получился! Я открыла конверт. Все было на месте: ключи, фотографии, бумажка с цифрами… – Зачем ты это достала? – ужаснулась Наталья. Коротко объяснила, что «это» необходимо передать Димке. Он скоро придет, и начнется настоящий «праздник». – Почему Димке? – не отставала подруга. – Ну откуда ж я знаю. Наверное, он – член преступной группировки. Замаскированный под хирурга-маньяка. Меня перестали замечать. Так иногда бывало. Все хором обсуждали, чем меня напоить. Диагноз поставили однозначно: перегрев нервной системы. – А вы думаете легко вас воспитывать? – не удержалась Наташка от укоров в адрес молодежи, сочтя момент вполне подходящим. – Завтра я иду на работу. – Легкая улыбка на моем лице должна была успокоить окружающих. – Кончились турецкие каникулы! – Мне не верили. – Пошли пить чай и есть торт. Беляши не предлагаю. – Ну почему же, – серьезно возразил Лешик. – Кое-какие экземпляры я отряхнул и положил на тарелочку. Вполне съедобны. В отличие от Ирины Александровны кошка по ним не шлялась. Последний свой пирог она, уже лежа, выгрызала. Огрызки Ленка подмела. Кухня к приему готова. – Надеюсь, повеселишь нас своим рассказом о том, что случилось? Можешь и завтра на работу не ходить. Чувствую, рассказ затянется. – Наталья твердо давала понять, что не уйдет, пока во всем не разберется. – Напугать напугала. Причем всех, кого только могла. Кроме Бори. Кстати, без меня не начинай! Пойду посмотрю, как он там. Лешик, дай ключи, а то меня уволокли прямо от увлекательного занятия посудомойки. Кажется, и воду не выключила!