Я оглянулась — тонированный катер медленно набирал высоту.

Местный мачо? Жаль, не вылез, я бы хоть на нем злость сорвала. В гостиничном номере я за час научилась ходить на высоких каблуках — ничего сложного, на ходулях куда как поопаснее будет. Ходила я, облачившись в нижнее белье, причем лиф меня более чем устраивал — тонкие шелковые лямочки были способны удушить даже киборга, ну и чулки с трусиками я надела так же, а вот платье бесило, так что я пока обходилась без него. Начальство позвонило, когда я уже свыклась с убийственно классным каблуком. Держа спину и шагая так, чтобы практически не сгибать ногув колене, подошла к экрану, подключилась. В следующее мгновение увидела округлившиеся глаза генерала Бадера, который явно испытал неожиданной приступ жажды. — Похмелье? — сходу догадалась я. Генерал гулко сглотнул, не отрывая взгляда от моего бюстгальтера. — Да, кайф, — я усмехнулась, — шелк повышенной прочности, практически не рвется, душит не хуже, чем шелковый шнурок. Но чулки круче. Бадер медленно перевел взгляд, и его закаленное ветрами сотни планет лицо, внезапно приобрело багровый оттенок. — Э, генерал! — встревожилась я. — Генерал, вы как вообще? Сдавленно прохрипев, Бадер выдал сипло: — Сердце… И повалился, скрываясь от меня за столом. В управлении взревела сирена, вбежал секретарь генерала, и адъютант, и даже капитан Рего, по прозвищу Хам. И вот там, под столом, корчится от сердечного приступа генерал, а эти трое встали, уставившись на меня, и стоят. — Хам, — не выдержала я, — это ты ждешь, пока начальство удар хватит, а? Медиков вызывай, мусорное ископаемое! Мы с Хамом не дружим с первого дня встречи, но откровенно враждуем с момента, когда он звание быстрее меня получил. — Ну, Мегера, — неожиданно хрипло произнес он, — удар ниже пояса… Я внимательно на него посмотрела. Кто-кто, а Хам у меня не раз и даже не два по нежному месту получал, разок даже госпиталь после очередной стычки отправился. Потрясное было времечко. — Ты бы оделась, — продолжил капитан Рего, с каким-то явным неудовольствием поглядывая. — Не надо, я в порядке, — раздалось из-под стола, и Бадер, наконец выполз. Глянул на меня, опять побагровел, и сдавленно прохрипел: — Или нет… Рего отвернулся, глянул на секретаря и адъютанта, те стушевались, извинились, и покинули кабинет генерала. Бадер же дышал, тяжело и напряженно. — Оденься, я сказал! — внезапно рыкнул Рего. — Охренел, отход атомного двигателя? — удивилась я. Нет, все понимаю, но Хам вообще имел привычку вваливаться в мой кабинет в одних брюках, и присаживаясь на край моего стола своим накаченным задом, умудрялся между обменом колкостями еще и прессом поигрывать. — Мегера! — взбесился вдруг он.