Пол Маккартни в интервью для «Шоу Говарда Стерна» рассказал, почему THE BEATLES не продолжили свою деятельность после ухода Джона Леннона.
Когда Джон развалил THE BEATLES — как ты отметил, это сделал он — почему ты не сказал себе: "Знаете что? Я продолжу деятельность THE BEATLES, и я сделаю это с Джорджем и Ринго"? Я думаю, в каком-то смысле, возможно, ты недооценивал, насколько хорош был Джордж Харрисон как автор песен. Да, он участвовал в сочинении песен, но большинство из них написали вы с Джоном, но подумай об этом: это могло бы быть сочетание твоего сольного материала с первого альбома, его материала "All Things Must Pass", и THE BEATLES были бы умопомрачительно крутыми!
«Да, я понимаю, что ты хочешь сказать, но дело в том, Говард, что это как семья. Когда семьи распадаются, это связано с эмоциями и эмоциональной болью, понимаешь? И ты не можешь просто подумать о такой умной идее в тот момент. Ты очень страдаешь, и поэтому этого не должно было случиться.
Мы прошли через слишком многое, и я думаю, что мы были просто сыты по горло всем этим. Но я тебя понимаю».
Как ты думаешь, ты недооценивал Джорджа Харрисона как автора песен? Только честно...
«Да, я знаю, я понимаю твою точку зрения, я думаю, что было легко недооценить Джорджа, потому что я и Джон, как ты сказал, всегда писали большую часть материала, и у нас было большинство синглов.
А Джордж был поздним цветочком в том, что касается сочинительства. Вначале ему было не очень интересно этим заниматься, но потом он начал интересоваться, и он расцвёл, понимаешь? Он написал несколько величайших песен за всю историю... "Here Comes the Sun" — насколько она уместна сейчас?».
О появлении Ринга Старра в его последнем турне Пол Маккартни сказал:
«Это фантастика для нас, потому что когда проходит столько времени, ты начинаешь задумываться о великих вещах в своей жизни, и для меня остальные ребята из THE BEATLES — это три великие вещи в моей жизни. Этого нельзя отрицать.
Поэтому, когда мне выпадает шанс сыграть с Ринго, это просто волшебно. Обычно я всё время стою лицом к публике, а он - позади меня.
Но в последний раз мы играли вместе на стадионе "Доджерс", и половину времени, когда я заканчивал петь, я просто хотел повернуться, посмотреть на него, насладиться всем этим и сказать: "Это Ринго, чувак! Это мой брат, я люблю этого парня!"
И вот что я скажу: мы потом прослушали записи, и когда он вступил на барабанах, вот это да — это огромная разница. Это просто Ринго».