Господи, что у меня на уме? От нас же не ожидают военной провокации

Господи, что у меня на уме? От нас же не ожидают военной
провокации! Я, действительно, становлюсь старой…
Она предпочла продолжить беседу, а не дразнить врага, который не
имел терпения, чтобы его терять (или, скорее, наоборот — имел
небесконечное терпение), но который хотел противопоставить ее жизни
свою «не — жизнь». «Один из наших философов заметил, что невероятное
случается», — сказала Мэри. — «Если бы не случалось, то оно было бы
невозможным».
Машина сделала едва заметную паузу перед тем, как ответить. «Мы
здесь не Для того, чтобы обсуждать дефиниции. Как случилось, что
планета, о которой вы говорили, стала населенной? Где она? Поторопитесь.
Нам надо еще многое успеть сделать».
Монтгомери понадобилось немало времени, чтобы набраться
решимости; да, эти слова никогда не умрут и будут волновать снова и
снова. Тогда один из двенадцати, прозванный Иудой Искариотом, пошел к
первосвященникам. И сказал им: «Что вы мне дадите, если я передам его
вам?» И они договорились о тридцати сребрениках…
Она услышала свой голос, произносивший спокойно и быстро: «Кроме
того, что эта планета находится на правильной орбите, у нее, имеющей
размеры земли, есть спутник, имеющий размеры Марса. Таким образом,
они связаны друг с другом, а не с их звездой. Период их обращения
составляет девять с четвертью земных дней, что обеспечивает циркуляцию
воздуха. Справедливо, что ночи холодные, но не слишком, когда ветры
дуют прямо по терминатору
[7]
, а в течение долгих дней океаны
накапливают тепло. Год длится здесь двадцать два земных дня, но я
уверена, это для вас неинтересно. Вам интересно только то, что на этой
планете существует жизнь, которую можно уничтожить.
Но у вас нет лишних кораблей, чтобы отправиться на поиски, если вам
предстоят дела, которые нужно успеть сделать прежде, чем на вас пойдет
армада кораблей наших внутренних цивилизаций. А Красные Карлики, как
вы знаете — очень распространенный вид звезд…
Давайте заключим сделку. Если тот мир такой, как я описала, то вы
соглашаетесь держаться подальше от Адама, тогда как в других местах
можете делать, что хотите. Давайте разошлем курьеров с сообщением, что
мы заключили пакт. После этого я дам вам координаты звезды. Отправьте
разведчика, чтобы удостовериться — какой- нибудь небольшой корабль.
Убедитесь, что я говорю правду.
А потом уже одного-единственного вашего военного корабля будет
достаточно, чтобы положить конец той жизни…»
…Салли Дженнисон проснулась после двенадцатичасового сна
отдохнувшей, голодной и с ясной головой. Комната, что ей предоставили,
едва могла вместить кровать и ее багаж, снятый с лодки. Ругаясь, она с
трудом вытащила тренировочный костюм, натянула его и отправилась в
спортивный зал, о котором ей говорили. В узких коридорах толпились
мужчины, она чувствовала на себе их взгляды, но никто из них не толкнул
ее нарочно и не поприветствовал ее. «Кислые пуританские зануды эти
Адамиты», — думала она. — «Или это во мне говорит моя боль?»
Она хорошо потренировалась в женской секции зала, приняла душ,
переоделась и почувствовала себя немного лучше. К этому времени часы
показывали уже около полудня; период вращения планеты пришельцев
вокруг своей оси не слишком отличался от земного. Она прошла в
офицерскую столовую, заняла место на скамье за длинным столом и с
аппетитом поела. Правда, еду нельзя было назвать слишком вкусной —
полевой рацион их экспедиции отличался в лучшую сторону.
Женщина с волосами песочного цвета, что сидела справа от нее,
дружелюбно спросила: «Вы ведь та ученая дама, что осталась не у дел?
Сочувствую. Я — Кейт Фрейзер, медицинский корпус!» — Салли неохотно
пожала руку. — «Вы — ксенолог, если я не ошибаюсь? Может, если вам
больше нечем заняться, вы смогли бы помогать в больничном блоке? Вы,
наверное, умеете оказывать первую помощь, а нам так не хватает
персонала. Куда хуже, если придется набирать случайных людей, когда
начнутся боевые действия…»