Вы всегда должны быть готовы немедленно вернуться по первому же сигналу тревоги

Он кивнул: «Да, конечно. Но дело не в этом: вам не следует далеко
уходить. Вы всегда должны быть готовы немедленно вернуться по первому
же сигналу тревоги или укрыться в случае опасности. Я хочу, чтобы для
надежности кто-то был рядом. Это в ваших же интересах. Берсеркер на
подходе».
«Но, если я не успею нырнуть в подземелье до нанесения удара, какой
же смысл прятаться в кустах? Вся долина затянется радиоактивным
дымом!»
«Есть шанс, один на тысячу, но тем не менее — что берсеркер
выследит вас сверху…» — Скримжур резко оборвал себя, — «простите.
Мне нужно работать. Вернитесь в свой отсек и ждите офицерателохранителя».
Этим офицером оказался Ян Данбар. Салли поймала себя на мысли:
интересно, что он думает о ее небе?
«Видите ли», — неловко (или стеснительно?) начал он, — «та часть
работы, за которую я отвечаю, выполнена, если не считать мелких
рутинных дел. Я больше не понадоблюсь до тех пор, пока не начнутся
боевые действия. Мы в долгу перед вами. Извинения, объяснения, помощь,
когда это будет возможно, в восстановительных работах — словом,
располагайте нами. Я берусь… выступать от лица этой стороны… если вам
угодно».
Салли подозрительно посмотрела на Данбара, но он явно не
заигрывал. Похоже, просто не знал, как себя вести в этой ситуации. Пока
они шли, он смотрел прямо перед собой, сжав руки в кулаки и продолжая
глотать слова.
Желание причинить боль, да еще такому уязвимому человеку, да еще
на этой опустошенной земле (в чем была и его вина), становилось слишком
велико. — «У вас будет очень много работы. Четыре университета
Солнечной системы объединили свои ресурсы, плюс солидная премия
Мемориального фонда Карлсена, которая была выделена для работы
постоянно действующей здесь исследовательской группы — и все пошло
прахом! А как вы предполагаете компенсировать потерянное время,
восстановить дружеские отношения с местным населением, для
налаживания которых мы потратили столько сил?» — она широко
размахивала руками. — «И какую же память о себе вы оставляете? Вот
эту?»
Под нагами скрипела зола. В воздухе носился песок. Поселение было
разрушено до основания, укатано бульдозером, облито горючей жидкостью
и подожжено. То, что уцелело в огне, было выброшенно в озеро. Салли
признала, что здесь человеку удалось достичь полного сходства результатов
своего труда с последствиями естественного пожара.
Данбар поморщился: «Пожалуйста, Доктор Джен- нисон! Пожалуйста,
не считайте нас варварами: мы пришли, чтобы развязать войну против
извечного врага всего человечества». После паузы он мягко добавил: «Мы
на Адаме уважаем науку. Я сам мечтал стать планетологом, когда был
мальчишкой».
Салли почувствовала, как сжалось сердце. Ее отец был
планетологом. — «Боже мой, папа, мама — как вы там, дома, на Земле?
Мне не следовало так надолго покидать вас…
Нет, мне никогда бы не понравился такой человек!»
«Не уходите от разговора», — сказала она со всей резкостью, на
которую была способна. — «Зачем вы пришли на Илиа? Какой безумный
план разработали?»
«Встретить берсеркера, когда он прибудет. У вас же не было никакой
обороны во всей планетарной системе!»
«Она и не была нужна!»
Салли и Данбар миновали опаленную местность и ступили на
весенний пурпурный дерн, усеянный белыми цветами, который пружинил
под ногами, как живой. Пройдя несколько метров вдоль берега озера по
самой его кромке, они поднялись по склону, который заканчивался
обрывом над самой водой. Теперь ветер был чистым, свежим и пахнул
землей и зеленью.