Повторюсь, детство у меня было великолепным. Все чердаки, все крыши окрестных домов, все пожарные вышки были моими. Мною владела страсть к высоте. Когда достраивали сельхозинститут, я забралась и на его крышу по железной пожарной лестнице, чтобы поглядеть на свой родной город с высоты. Всегда с раннего детства я чувствовала за своей спиной присутствие некой силы, которая меня спасет и защитит при любых обстоятельствах, и потому ничего не боялась.
В нашем детстве, в начале шестидесятых годов ХХ века,было много хорошего. Это и фруктовое мороженое за шесть копеек (до сих пор помню его вкус). Это и финики,которые мы покупали, собрав с земли мелочь, выроненную алкоголиками у пивного ларька. Это и леденцы-петушки на палочке из пережженного сахара за пять копеек. Это и зоопарк. В зоопарк мы попадали за десять копеек, и я могла часами наблюдать за обезьянками, которых очень любила. Наверное потому, что была на них похожа. Так же, как и они, я обожала лазать по деревьям, перепрыгивать с ветки на ветку, с дерева на дерево.
Другой моей страстью были путешествия. Еще семилетней девочкой я в тайне от родителей излазила все окрестности города. А когда родился мой младший брат, и ему исполнилось три года, я и его однажды прихватила с собой. Мы дошли с ним пешком по строившемуся тогда проспекту Октября от сельхозинститута до нынешней остановки «Дворец спорта» примерно часа за два, за три.(Сегодня я проезжаю это расстояние за несколько минут.)Но обратно Тима (а он на шесть лет младше меня) уже не мог идти сам, и мне пришлось тащить его на руках.
Детство преподносило мне — «гадкому утенку» —разнообразные и щедрые подарки. А самый незабываемый подарок — поездка на автобусе в Ленинград.
Её организовал летом во время каникул наш учитель географии.Бывший фронтовик,он был контужен на войне и из-за этого постоянно подергивал головой.Мы его любили за интересные уроки.В группе,которую он повёз в Ленинград,я была самой младшей,только что окончила четвертый класс.В основном же группа состояла из старшеклассников.
Мы ехали вавтобусе дней десять — через Елабугу и Казань, через Владимир и Москву. Останавливались на ночлег в поле.Спали в палатках. В Ленинграде мы жили тоже в палатках,в Невском лесопарке, выезжая оттуда каждый день в город.
Тогда мы увидели практически все самое знаменитое и замечательное, что только можно увидеть, побывав в этом нереально сказочном городе. И Петергоф, и Эрмитаж,, и Кунсткамеру, и Петропавловскую крепость, и Летний сад,и музей Петра, и Исаакиевский собор, и Александро-Невскую лавру, и Военно-морской музей, и Пискаревское кладбище, и квартиру Пушкина на Мойке, 12, и музей-квартиру Достоевского, и музей блокадного Ленинграда,и Русский музей, и даже музей Арктики и Антарктики с его знаменитым чучелом мамонта.
Сейчас у меня просто в голове не укладывается, как это удалось организовать нашему учителю. Тогда же все это казалось в порядке вещей. Много раз после этого я приезжала и в Ленинград, а затем и в Санкт-Петербург, но никогда больше не испытывала такого ощущения восторга, изумления, праздника, как тогда. И я уже не чувствовала себя бабкой-ежкой. Я превратилась в принцессу, получившую доступ ко всем сокровищам мира!