Но разве бюрократия действительно стала более эффективной и безопасной для населения? Государство, безусловно, возросло. За восемь лет, которые Путин находился на посту президента, было принято на работу около 363 000 чиновников, в основном это были федеральные
агенты, базирующиеся в регионах. Правоохранительные органы росли как грибы после дождя.
В США было двое судей и прокуроров на десять тысяч жителей. Когда к власти пришел Путин,
в России было восемь судей; когда он ушел с поста – их стало 14. Расходы федерального бюджета на сотрудников правоохранительных органов и национальной безопасности выросли с 4
миллиардов долларов в 1998 году до 26 миллиардов долларов в 2007 году.
Несмотря на этот приток ресурсов, большинство признаков говорят о том, что государство стало не более, а менее эффективным. Меньше, чем при Ельцине, было построено жилья,
проложено дорог, водопроводов и газопроводов. Число действующих государственных школ и
общественного транспорта уменьшалось. Реформирование систем образования и здравоохранения неоднократно откладывалось. Только 22 % россиян считают, что было меньше коррупции и воровства среди руководства страны при Путине, чем при Ельцине; 71 % думают,
что все было на том же уровне или даже больше. Глава Следственного комитета Министерства внутренних дел сказал, что число преступлений, связанных с коррупцией, удвоилось в
период между 1997-м и 2007 годом. Что касается безопасности граждан, мало кто видел какиелибо улучшения. Каждый год при Путине намного большее число респондентов сообщали,
что работа правоохранительных органов ухудшилась, а не улучшилась, и еще больше человек
ответили, что ухудшилась их личная безопасность. Хотя к официальной статистике преступности необходимо относиться с крайней осторожностью (см. главу 10), она рисует сходную
картину. Количество преступлений, зарегистрированных при правлении Путина – 3,1 миллиона в год, при Ельцине – 2,6 миллиона. Между тем количество обвинительных приговоров за
зарегистрированные преступления снизилось с 0,36 при Ельцине до 0,31 при его преемнике.
Путин ворвался на политическую арену на фоне волны паники, вызванной терроризмом,
и пообещал обеспечить безопасность. На самом деле при Путине страна перенесла свои самые
кровавые происшествия. В октябре 2002 года группа, состоящая в основном из чеченских боевиков, захватила театр на Дубровке в центре Москвы во время исполнения мюзикла «НордОст» и пригрозила всех взорвать. В сентябре 2004 года группа боевиков захватила школу, полную детей, в северо-осетинском городе Беслане. Как минимум 129 человек погибли во время
первого захвата и минимум 334 человека, многие из которых дети, погибли во время второго
захвата. Оба раза федеральные войска штурмовали захваченные места и были позже обвинены
в том, что очень много человек погибло. После Дубровки председатель Московского городского комитета по здравоохранению сказал, что почти все жертвы погибли не от рук террористов, а от газа, который распылял спецназ для обезвреживания боевиков. После случая в
Беслане местные жители говорили, что многие были убиты войсками спецназа, штурмовавшими школу. По данным опроса, проведенного в 2006 году, 52 % респондентов согласились,
по крайней мере частично, с тем, что «бездействие и халатность» со стороны властей способствовали такому большому количеству погибших в результате террористических захватов на
Дубровке и в Беслане.
Согласно статистике МВД, теракты совершались гораздо чаще при Путине (251 теракт
в год), чем за последние три года правления Ельцина (24 теракта в год). Число инцидентов
достигло 561 в 2003 году, а затем снизилось, но даже в 2007 году их количество было больше,
чем в любой из последних трех лет правления Ельцина. Общественность, видимо, действительно не чувствовала себя безопаснее. В октябре 1999 года сразу после взрывов жилых домов
только 38 % россиян верили, что власти37 могли бы защитить их от террористических нападений. Семь лет спустя, в 2006 году, еще меньше – всего 31 % населения верили в это. Что
касается внешней безопасности, армия продолжала разрушаться без проведения значительных реформ.
Пилоты летали только нескольких десятков часов в год из-за нехватки топлива,
моряки выходили в море только один или два дня в месяц, призывники страдали от ужасной
дедовщины. В 2006 и 2007 годах 423 солдата покончили с собой.