Начало здесь
События происходили в начале 90-х. Довольно грубо тогда относились к женщинам в роддомах. Наверняка в больших городах были и хорошие больницы. А вот в глубинке – это жесть!
Оказалось, что ближайший роддом закрыт на ремонт. Скорая помчалась по ухабам и колдобинам разбитой дороги в соседний город. Сердобольный водитель, проникшись важностью момента, включил сирену. А Маша задремала, ничего особенного она пока не чувствовала.
Было три часа ночи, когда они подъехали к приемному отделению. Дверь оказалась закрыта.
– Откройте! Срочно! У нас женщина рожает! – безуспешно взывала фельдшер, – в ответ тишина. Подошел водитель, громко застучал в окно большим кулаком. Наконец послышались шаги. В дверном проеме появилась заспанная, с растрепанными волосами дежурная медсестра.
– Чего стучите? Приспичило им, не могут до утра подождать…
– Ты думай, что говоришь! – рассердился, взвинченный непростой ситуацией и тяжелой дорогой, водитель, – как можно рожать подождать?
– Давай уж, заходи, – протянула недовольная девица.
Медработник принялась заполнять документы, а Маша села на кушетку. Ее ужасно тянуло в сон.
– Фамилия мужа! Эй, муж есть у тебя? Чего зеваешь?
– Муж? – Маше вспомнилась ссора с Сергеем, всколыхнула обида – пишите, что нет. Еще ей очень хотелось побыстрее закончить общение с хамоватой медсестрой.
– Нагуляла, видать, – ехидно пробормотала девица. Маше уже было все равно, а мучения приема, оказывается, только начались.
– Возьми в шкафу градусник!
Маша послушно стала искать в стеклянном шкафчике термометр, но не нашла.
– Здесь его нет…
– Глаза протри! Вон, в стаканчике, закрашенном коричневой краской.
Затем ее повели на гигиенические процедуры и после, вконец измученной, выдали больничную одежду.
Принесли и обувь – целый мешок старых, заскорузлых шлепанцев. Тапки оказались почему-то все на одну ногу. Медсестра с плохо скрытым удовольствием наблюдала, как Маша долго рылась в хламе. С трудом найдя пару, на размер меньше, больная отправилась в палату. И наконец-то уснула.
Утро было солнечным и радостным, пока Маша не вспомнила, где она и по какому поводу. Вскоре ее осмотрела вежливая и приветливая доктор.
– Разрыв околоплодного пузыря. Сегодня ты у нас родишь. Иди и ни о чем плохом не думай – у ребеночка нормальное сердцебиение, все будет хорошо. Машино настроение заметно улучшилось.
Она наблюдала за соседками по палате. И смех, и грех! Роженицы мучались в схватках. Одна во время болей хваталась за батарею отопления и тянула ее на себя. Другая встала на четвереньки – ей так было легче. Во время приступа она вдруг заползла под кровать.
– Ну вы, бабоньки, даете! – в палату зашла дежурная медсестра и расхохоталась, – отцепись, оторвешь ведь трубу! А ты, подруга, выползай из-под кровати. Идемте уже в род-зал! Женщины со стонами двинулись исполнять приказ.
По коридору бежала, по пути теряя тапки, женщина из другой палаты.
– Ох, рожаю! Медперсонал дружно ржал ей вслед.
Ребенка роженица сама подхватила уже в дверях род-зала.
– Чего тянула? Ребенком рисковала… Нет, я заранее врача позову, – подумала Маша.
У нее уже начались небольшие боли. А в промежутках она засыпала. Так все схватки и проспала. За все время медсестра подошла только один раз, – спросить, как дела. К вечеру начались довольно серьезные потуги.
Маша встала, вздохнула и пошла на пост. Там медперсонал пил чай с пирожными.
– Девчонки, хватит чаи распивать, пойдем в род-зал… Рожать мне пора!
Через полчаса У Маши появилась маленькая – два килограмма, светловолосая доченька.
Продолжение