У Ирины Пивоваровой, детской писательницы, есть книжка "О чем думает моя голова". Мне запомнилось это озорное название. Голова, и правда, порой живет собственной жизнью, не подчиняется ни логике вещей, ни здоровому смыслу.
В детстве она думает о сущей ерунде: о вкусном варенье, о том, как не хочется ложиться спать днем, как весело бегать по лужам, кидаться снежками, как ярко светят звезды и почему жук так громко жужжит.
Кажется, пройдут годы, и мысли в ней поселятся взрослые, серьезные, полновесные. А апогей мудрости накроет нас в старости. Не даром мудрецов изображают на картинах не юношами, а дряхлыми дедушками. Вот в этом периоде, голова точно работает как мощный процессор. Любые сложные житейские задачки решит на раз два.
Каково же было мое удивление, когда я, расспросив знакомых старше 80-ти лет о том, о чем думает их голова, услышала и про банку с вареньем, и про деревья, которые были большие, про то, какие звезды сияли над родным городом, в котором прошло детство. Теплые мамины руки. Беззаботные деньки и послеобеденный сон. Самые приятные воспоминания.
Иногда на прогулках я встречаю пожилых людей, которые медленно и терпеливо о чем-то рассказывают внукам, а те внимательно слушают. Вижу, как пенсионеры нежатся на солнышке, сидя на скамейке в городском парке. Спорят о культурных событиях, упражняясь в остроумии.
Я понимаю - вот она, мудрость. Радость от простых вещей, доступных каждому. А не покорившаяся теорема Ферма, над которой бились ученые умы несколько столетий.
Что думает голова 81-летнего Аль Пачино
Что такое возраст?
Это треснувший ствол векового дерева, мимо которого ходили мои родители, поседевший камень мостовой, скрип старого паркета, вчерашние соседские дети, которые сегодня выше меня на две головы.
Новый вкус кофе, который пьешь последние тридцать лет, а заметил его только сейчас.
Кто-то скажет, возраст – это морщины и седина в волосах. Бред. Это все внешнее.
Возраст — в голове и сердце. Возраст – это когда встаешь утром и говоришь: спасибо, Господи, что ты позволил мне сегодня открыть глаза, что мои ноги ходят, сердце бьется, суставы гнутся, а уши различают мою любимую музыку.
Возраст – это когда ты улыбаешься чаще, чем обласканный родителями ребенок, потому что ты лучше знаешь, чего стоит вся эта жизнь.
Буддисты говорят: ты никогда не знаешь, где проснешься завтра утром - в своей собственной кровати или в другой жизни. С возрастом, особенно в старости, эта мысль постоянно посещает людей. Вот только выхода нет, изменить ничего нельзя. Можно лишь порадоваться тому, что отмерено.
Заново открыть для себя привычный вкус, цвет, запах. Успеть насладиться тем, что дано. И найти в себе силы отпустить то, что оказалось чужим и посторонним, смиренно принять свою судьбу.
Александр Ширвиндт, 87 лет
Внуки у меня взрослые, сейчас не я их воспитываю, а они меня: я должен все время в напряжении быть, чтобы их не подвести, не расстроить и неправильно себя не повести.
Говорят, что старость - это свобода действий. Делай что хочешь и никто тебе слова поперек не скажет. А вот и нет. Главы семейств дорожат своей репутацией перед близкими.
Олег Басилашвили, 86 лет
В старости не думается о несовершенстве мира, о его несправедливости, жестокости и неравноправии. Не думается о том, как решить глобальные проблемы, остановить войны.
Вспоминается лишь то, что сидит глубоко в сердце, люди, которые были дороги:
У меня был такой странный случай. Маленьким мальчишкой я стоял в нашем саду и расчищал тропинку, как велел мне отец. Вдруг раздается голос из ниоткуда: «Обернись, посмотри. Никогда больше этого не будет». Я обернулся и посмотрел. Позади меня была терраса, на ней бабушка и мама пили чай. Ну и что? Ничего необычного.
Совсем недавно я приехал туда опять. Зря, не надо было приезжать. Встал на то же самое место. Обернулся и посмотрел. Все так же, та же терраса. А бабушки и мамы нет. Вот, наверное, в этом все дело. Очень хочется вернуться.