Обед продолжался. Вообще кто мешает мне сесть на этот стул и просидеть весь день??? Здесь пол цеха как на ладони. А меня за станками не видно. Дверь открывается только во время варки,но сегодня ее точно не будет. Вот так вся жизнь прошла на этом заводе, ну кто мог знать что он будет так медленно умирать. Как я устал. Глаза смыкаются.
Блин как болит нога, да и руки в последнее время болят не меньше. Сон. Спасительный сон уносит меня от этой мучительной боли.
Я молод у меня не болит нога. Завод дышит полной грудью. А я завтра лечу на море. Море. Пляж. И вот самолет. Мне улыбнулась молоденькая бортпроводница. Это мой самолет, ведь я делал на него детали. Взлет. Я смотрю на убегающую землю. Полет безмятежный и вдруг БАМ. Ну да это Машка. Худая, проворная, на вид лет шестнадцать и не скажешь ведь что за тридцать. Вроде не дура, но вредная. Она вообще может не грохать когда выходит из ворот? И понеслась. И снова накатывает усталость. Я закрыл глаза. И вот он безмятежный полет на отдых. Красивая бортпроводница улыбается мне. И вдруг БАМ самолет падать. Под его крылом появляется Клавка с кувалдой и начинает поправлять крыло. Сквозь сон слышу как она материт кого-то. Вот баба святая простота, но мужику не уступит не в силе не в характере. Обед закончился, ну и шут с ним. А сон идет своим чередом. Я снова лечу в безмятежном самолете на отдых. Раскаты грома доносятся из далека. И снова БАМ. Самолет падает снова падает. Под крылом появляется Машка, она носится как заведенная вокруг крыла. И Снова БАМ. На помощь ей спешит Клавка. Одна подпирает самолет как атлант с одной стороны, а другая с другой. Безмятежно в небе летит самолет в нем я лечу на отдых. Мне улыбается молоденькая бортпроводница. А подпирая крылья летят Машка и Клавка. Тьфу ты что за дурной сон. Надо поработать что-ли? Клавка и Машка в проходе орут на начальника цех. Ну что за бабы?
Вот день закончился и ладно. Толпа устремилась к проходной. Гул самолета в небе остановил всех.
-Что-то свистит он,- кто-то говорит рядом.
-Да надо дверь проверить завтра.
Толпа снова оживает. А ведь мы все там подпираем крылья самолета. Чтобы кто-то безмятежно летел на отдых и ему улыбалась молоденькая бортпроводница.