Несмотря на неоднозначность некоторых исторических решений Александра Невского, роль этого князя в отечественной истории оценивается все же позитивно. Обычно те, кто осуждают его, ставят ему в укор вынужденный союз с Ордой, который, например, по мнению академика РАН Валентина Янина, нельзя оправдывать прагматизмом и ситуацией. Но речь сегодня не об этом, а о третьем сыне Александра Невского — Андрее Городецком.
«Неизвестный» сын
А как еще окрестить княжеского сына, первое письменное упоминание о котором относится к 1263 году — времени смерти Александра Ярославовича. В Никоновской летописи он назван третьим сыном почившего князя. И более никакой информации о его рождении, детстве и даже возрасте нигде нет. По косвенным данным, можно предположить, что родился он около 1255 года, то есть на момент отцовской смерти был уже довольно самостоятельным по тем временам человеком.
Но и после упоминаний об Андрее Александровиче, прозванного Городецким — от названия выделенного ему удела, в русских летописях мы не находим. Появляется наш герой лишь в 1277 году, во время ордынского похода на аланов, в котором участвовали и другие сыновья Невского, и русские князья. Андрей же к тому времени владел не только Городецким, но и Костромским княжеством. Но этого ему было мало.
Борьба за Великое княжение
Великий русский историк Николай Карамзин так писал про Андрея Александровича: «Никто из Князей Мономахова роду не сделал столько зла отечеству, как сей недостойный сын Невского…» Воспользовавшись распрей между старшим братом Дмитрием (на тот момент — Великим Князем) и свободолюбивыми новгородцами, Андрей в 1281 году отправился в Орду и богатыми дарами добился ярлыка на княжение, а также получил татарское войско в качестве подспорья.
Впрочем, Дмитрий как будто ждал подвоха и, недолго думая, отправился за поддержкой к Ногаю — правителю одного из ордынских улусов, захотевшего самостоятельности. Началась кровопролитная распря, в ходе которой Андрей с татарским войском разорил десятки русских городов. Но за два года так и не смог одержать убедительной победы, а лишь рассорился с новгородцами. В итоге пришлось примириться со старшим братом и отказаться от претензий на Великокняжеский престол.
«Недостойный» сын
Новгородское княжество не удовлетворило жажду власти Андрея Городецкого. И уже в 1285 году он вновь пришел на Русь вместе с татарами. В этот раз разрушения были не столь значительны, так как Дмитрий сумел оказать своевременный отпор брату. Обиженный Андрей вновь отправился в Орду — готовить новые козни. Они не заставили себя долго ждать.
Так называемая Дюденева рать, о которой подробно пишет в своей статье «Кошель на царствие» Сергей Перевезенцев, стала крупнейшим со времен Батыя походом на Русь. Полтора десятка сожженных дотла крупных городов, тысячи погибших и изгнанных с земель, отток населения из центральных княжеств, пришедших в запустение на несколько веков, — вот цена Великокняжеского престола, который все-таки достался Андрею. Дмитрий же, устав от борьбы, вернулся в свой удельный Переславль, где и умер.
Андрей оставался Великим князем десять лет — вплоть до смерти. Но ничего достойного совершить так и не смог: безуспешно сражался со шведами, потерпел несколько поражений от немцев, продолжал распри с русскими князьями и не сумел положить конец татарским набегам на свои земли. Незадолго до смерти, летом 1304 года, он постригся в монахи. Был похоронен в Городце в не сохранившейся до наших дней Церкви Михаила Архангела.