Шла по улице и увидела маленькую коробочку, какие выдают в ювелирных магазинах. Сердце подпрыгнуло. Подобрала. Отошла в сторонку и открыла. Небольшое колечко с красивым камушком. И ничего больше.
Она постояла, повертела головой. Никого. Не будешь же до ночи стоять. Пошла уверенно домой. Теперь это колечко – ее. Пусть потерявший плачет. Она даже думать не стала о чувствах того, кто потерял. Зачем душу тревожить? Воображение – наш враг.
Дома вынула колечко и примерила. Надо же, подошло! Из золота: там проба есть. И камушек натуральный. Это видно сразу. Можно потом выяснить, что это за камень.
Она предполагала, но сомневалась. Вот зайдет в ювелирный и все узнает. И цену тоже узнает.
Пришел муж. Она протянула ему руку. Показала блестящую находку. Посмотрела на его лицо. И увидела недоумение.
Он сказал так: «Слушай, ты меня за мальчика не держи. На улице она нашла! На улице! Ребенку расскажи, или пациенту дурки расскажи. Но не мне. Откуда оно у тебя? Говори»!
Короче, был настоящий непроходимый, как тайга, ужас. И дороги из него не было. Выхода не было.
Муж побледнел. Тонкие губы стали еще тоньше. Нос заострился. А глаза налились какой-то злобой.
Он продолжал. Говорил, что в новый год она раза три танцевала с парнем, которого привела ее мерзкая подруга Надька. Он знает, что она привела его специально. И только для вида выдавала за своего друга. Если бы это было так, тогда он танцевал бы весь вечер именно с Надькой, а не лез бы с танцами к замужней женщине. И он все это тогда сообразил. И все понял. Только не говорил.
И пристал, сверля острыми глазками. И губы тоненькие, будто бритва. Подошел вплотную, дышит тяжело и спрашивает: «Это он подарил? Он подарил»?
Ей стало страшно. И она сказала ему об этом. Немного опомнился и отступил на шаг. Но вопросы не перестал задавать. Спрашивал и спрашивал.
Она взяла себя в руки. Страх уступил место раздражению. Даже злости. Накинулась на него. Что она не обязана потакать чужой глупости и чужой ревности, до которой ей нет никакого дела: «Ты меня слышишь? Никакого дела»! Раскричалась, но не расплакалась. Потому что себя не хотела жертвой показать.
И снова в атаку: почему она должна оправдываться в том, чего не было? Она нашла кольцо на улице и больше повторять не намерена.
Он сделал круг по комнате, как раненый коршун. И снова. Перехватил инициативу. Кричал, что она психологически научилась прикрывать свою распущенность. И сейчас перед ним роль играет. Только его не проведешь. Он все видит, все понимает. И не позволит, чтобы ему рога навесили. И ушел. Ушел бледный и раздраженный. Злой и обиженный.
А она осталась. И не знала, что ей делать. Знала одно: бежать за ним нельзя. И уговаривать не надо.
Вернулся через неделю. За это время приступ ревности утих. Смотрел виноватыми глазами. Наверное, разум вернулся в свои права.
Любовь все равно не выгонишь. На то она и любовь.
И она его впустила, конечно. Но сказала, что не хочет к этой теме больше возвращаться. Если он желает ее видеть ровной и спокойной, то больше к глупости про кольцо не вернется.
Он пообещал. Но тоже сказал, назвал свое условие, чтобы Надька со своим так называемым друганом держалась подальше.
И она поняла, что проблема загнана в угол. Спрятана. И при первой возможности вылезет наружу, причем с новой силой.
К примеру, стоит случайно встретить Надьку на улице. Надька с парнем идет, навстречу – она с мужем. И что? Стоит этому парню улыбнуться, взять ее за руку – это все! Страшно подумать, что будет.
Колечко нашла. Не просто нашла, а это колечко приоткрыло в ее муже нечто такое, чего она не знала раньше. А ведь можно с человеком прожить долгие-долгие годы. Думать, что все уже про него знаешь. До первого «колечка».