Не забудь подписаться на нас и почаще заходи на страничку.
Надо думать, не со зла же он поторопился дать это объявление о поиске вшивой крысы. Здесь вообще, с этой стороны, что-то не так. Может, это просто из-за симпатии, а?
- Нет, - сказал Андрей. - Не из-под чувств. Дело ведь не в том, что я хочу получить от тебя ребенка, а в том - будет он уродцем или нормальным. Дело в том... - он запнулся. - В том, какой будет эта девчонка.
Татьяна страдальчески закатила глаза:
- Господи... Может быть, ты тоже?.. - она осеклась, покраснела, в глазах вспыхнула тоска. - Ну, что ты, я, конечно, не такой, как ты думаешь. Не такой. Я постараюсь быть как можно лучшим отцом для нее.
- Ну разумеется, - Андрей с сочувствием на нее посмотрел. - Как я могу сомневаться?
Татьяна облегченно вздохнула. И, уже поднимаясь с места, спросила.
Он не ответил. Протянул руку и взял ее ладонь в свою. Провел по ней пальцами и сказал чуть слышно.
Восходящее солнце окрашивало в золото стволы сосен и гладкую поверхность воды. В тишине сосны не шелестели, а тихо-тихо гудели, словно переговаривались друг с другом.
Вечер затек в тело и душу какой-то свернувшейся достомашней болью.
"Ненавижу эти темные сопки..."
Он свернул с дороги и двинулся сквозь заросли папоротника напролом, словно медведь. Иногда он останавливался и с наслаждением глубоко вбирал в легкие соленый воздух, чувствуя одновременно, как отступает это ощущение "пустой и бессильной плоти". Вот только сейчас это чувство не причиняло боли.
Андрей терпеливо ждал. Солнце поднялось уже высоко, тени стали укорачиваться, и скоро лес перейдет в густую синюю чащу.
Если бы он мог заранее знать, куда направится, он поступил бы иначе. И если бы был не один, то вообще никуда не пошел бы. Хорошо, что те две собаки его не испугались. И хорошо, что ветер переменился.
Прошлогодние черные, как чернила, листья медленно осыпались на землю, как будто у них не было сил взмахнуть крыльями и улететь. И они, напрягая последние силы, мечтали о том дне, когда их унесет прочь злой ветер и их уже никто н