При первом взгляде на автопортрет А. Попова под номером 7 зрителя удивляет прямолинейность художника. По иконографии, атрибутике, образу картина во многом соответствует академическому канону. Мастер включает в работу элементы традиционного парадного портрета кисти, например, К. Брюллова или А. Ван Дейка: трехчетвертной разворот модели, красный занавес за спиной, призванный придать произведению торжественности, презентабельная поза, собранное выражение лица. Кисти на переднем плане недвусмысленно указывают на род занятий изображенного – еще один простой прием, излюбленный живописцами. На лицо художника ложится полутень, глаза – традиционно зеркало души – не прописаны, это темные пятна, по которым не прочитываются ни эмоции, ни характер. Мастер как будто переносит акцент с внутреннего мира портретируемого на внешний образ и атрибутику – именно этим «грешат» многие парадные и полупарадные портреты эпохи классического искусства. Однако с привычными академическими приемами резко контрастиру