2-я смена. На посту Мария Ивановна
По неизвестной причине, состояние нашего и без того «нездорового» телевизора сегодня серьёзно ухудшилось, и в результате даже те два канала, которые считались для просмотра пригодными, пригодными быть перестали.
Являясь, вне всякого сомнения, лицами с повышенной социальной ответственностью, мы с новым военкоматчиком пытались после ужина работоспособность восстановить.
Начал я, но по причине отсутствия пульта как такового, долго не мог разобраться, какие сенсорные кнопки на корпусе и в какой последовательности нажимать. Замечу, кстати, задача не из лёгких.
Помочь мне вызвался новичок, имевший, вероятно, некоторый опыт в настройке без пульта, и я вскоре, смирившись с собственным неумением, уступил ему почётное место. С работой мастера он справлялся скорее и с завидной ловкостью, а немного спустя ему удалось настроиться на один канал — СТС, но картинка и звук при этом сопровождались большим количеством помех.
Во время совместной и общественно значимой работы мы познакомились. Напарник представился Алексеем Пастуховым, но мне показалось, что этот полный вариант имени ему никак не подходит, как и не подходил воспринимаемый «по-домашнему» вариант «Лёша». Настойчиво напрашивалось имя «Лёха», поскольку лучше других соотносилось с его образом «свойского» парня, к тому же, он и сам не возражал.
Когда Алексей назвал свою фамилию, выяснилось, что он едва заметно, но всё же шепелявит, а позже, в разговоре, — что и слегка, но приятно картавит. Однако ни первое, ни второе Лёхину речь не портили, а были очень милой её особенностью, и я даже позлорадствовал мысленно над отсутствием в его имени и фамилии буквы «р». Было бы невероятно забавным услышать, как при знакомстве он «увег’енно выговаг’ивает», допустим, Гъигог’ий Г’астог’уев.
Мы находились вдвоём в пустом коридоре, не считая Марии Ивановны, когда очередная попытка Алексея оказалась неудачной, и стало понятно, что предпринимать дальнейшие — бессмысленно. Во избежание обиды со стороны наших товарищей и последующего неминуемого позора, нам следовало немедленно покинуть место ... «несостоявшегося спасения».
Я предусмотрительно удалился первым, придумав достойный повод — вымыть ноги и постирать носки, а Лёха растворился в темноте своей, третьей, палаты, где свет по вечерам включать не любили, как, впрочем, и в других.
Телевизор находился в совершенно расстроенном состоянии и вместо двух «инвалидно» воспроизводимых каналов теперь не показывал ни одного.
Пока я занимался «банно-прачечными упражнениями», к нему подходили Два Коляна, к восьми часам, для продолжения просмотра своего любимого сериала, а после Страусёнок с Обезьянкиным, уставшие от скуки, и даже Равиль, измученный поисками способов отмщения сучке Гульке. Однако, повздыхав нелестно в адрес медучреждения, по очереди расходились: Коляны играть в шашки, Страусёнок и Обезьянкин слушать музыку на плеере, допущенном к использованию врачами, а Равиль сочинять сценарий возмездия.
И наступил момент истины: телевизор в ближайшие два дня — был вечер пятницы — работать не будет. И оставалась лишь призрачная надежда на помощь «больничного» руководства. Но только с началом новой недели.
— Ну, типа, доживём до понедельника, — язвительно предположил эрудированный Владимир, неспешно возвращаясь из туалета.
А выручил всех ... Индеец.
Во время вечерней прогулки по коридору, ставшей для него обязательной, он неполадки тотчас же обнаружил и приступил к настройке безотлагательно. Не обращая внимания на «мудрые» и несомненно «полезные» советы Страусёнка и Обезьянкина, проявивших повышенный интерес, Индеец с непоколебимым спокойствием продолжил начатое дело и по истечении четверти часа успешно завершил его.
Кстати, к неописуемой радости Двух Колянов, успевших посмотреть вторую серию — из двух, показываемых ежедневно.
Дневник пациента. Запись 085
Начало ← Предыдущая ← → Следующая → Все записи