1 июля 2021 года исполняется 100 лет с момента основания Коммунистической партии Китая. В честь этой знаменательной даты бренд эксклюзивных дизайнерских смартфонов Caviar выпустил модели iPhone 12 Pro и Huawei Mate 40 Pro с изображением известных деятелей компартии – Мао Цзэдуна и Дэн Сяопиня, а также со вставками из золота; их стоимость превышает пять тысяч долларов в бюджетном варианте и двадцать пять тысяч в «элитной комплектации». Надеемся, КПК обрадовалась такому подарку со стороны Caviar. Мы тоже захотели сделать приятно «братской» компартии, поэтому в день её столетней годовщины мы публикуем небольшой очерк о маоизме — идеологической основе Коммунистической партии Китая, а также разберёмся, является ли она партией коммунистической, а Китай – социалистической державой, каковой его часто называют.
Когда говорят о Китайской компартии речь всегда заходит о Мао Цзэдуне, длительное время занимающем пост вождя партии и разработавшим её идеологическую линию, известную больше как маоизм. Маоизм – мелкобуржуазное течение в марксизме, самим Мао позиционировавшиеся как марксизм-ленинизм с учётом национальной китайской специфики. И действительно, местная китайская специфика начала XX века оказала огромное влияние на идеи Мао. В то время Китай был крайне отсталой страной, куда более отсталой, чем в то же время была Российская империя. Большая часть населения Китай составляло реакционное крестьянство и мелкая буржуазия, придерживавшиеся националистических взглядов, а доля пролетариата была ничтожна мала.
Сам Мао писал, что нужно «суммировать мнения масс, вновь нести их в массы, чтобы массы их отстаивали, и таким образом вырабатывать правильные руководящие идеи» («К вопросу о методах руководства», Избранные произведения, том 3, страница 152). Немудрено, что при этом «суммировании» мелкобуржуазных и националистических мнений, разработанное учение приняло в себя определённую долю гадкого из этих мнений.
Самой главной проблемой маоизма стало то, что у Мао Цзэдуна и его партии в борьбе не могло быть другой опоры, как опора на массу народа целиком. Эта масса, как известно, неоднородна, она объединяет в себе как рабочие классы – беднейшие слои крестьянства и пролетариат, так и классы эксплуататоров – кулачество и буржуазию всех мастей. В связи с такой опорой в маоизм просочился мелкобуржуазный авантюризм, заключающийся в преобладающей роли насилия, как основного способа борьбы против классовых врагов. Винтовка рождает власть, а партия подчиняет себе винтовку – основная мысль всего учения Мао о революционной борьбе. Исходя из неё получается теория «затяжной народной войны», сводящая всю деятельность маоистов к партизанщине и террору, а не агитации. Но, повторимся, иначе быть не могло, ибо агитация среди крестьян не даёт таких плодов, как агитация среди пролетариев (одной из причин является безграмотность среди крестьян – проблема не только России того времени, но и почти всех полуфеодальных стран; другой причиной, как это было и с народовольцами, было желание крестьян стремительно действовать здесь и сейчас).
Тем не менее, в Китае всё-таки произошла революция, воцарилась «диктатура народных масс» (заменяющая марксистскую диктатуру пролетариата), а на деле – власть мелкой буржуазии, чего Мао не отрицал и с чем собирался бороться. В 1966 году в КНР началась т.н. «культурная революция», борьба со внутренними врагами и попытками реставрации капитализма. Но способы борьбы снова были мелкобуржуазными – опять опора на военизированные группы, которые, правда, теперь не занимались партизанщиной, а действовали открыто, нанося удар всякому врагу партии – от бывших её руководителей до интеллигенции. Но в 1976 году Мао умирает, пост председателя компартии переходит Хуа Гофэну, свернувшему «культурную революцию». Сразу были найдены её виновники – 4 высших должностных лица партии помимо Мао. Их осудили за предательство и ревизионизм.
Несмотря на то, что пост председателя партии занимал Хуа Гофэн, реальной властью завладел Дэн Сяопин, на словах разработавший «концепцию социализма с китайской спецификой», а на деле претворивший в жизнь буржуазную контрреволюцию. Начиная с 1978 года Дэн Сяопин продвигает буржуазные реформы, постепенно перестраивая страну на капиталистические рельсы, вводя КНР в международную систему рыночных отношений. В Китай хлынули иностранные инвестиции, привлечённые дешевизной рабочей силы.
Путь буржуазной контрреволюции долог, полностью она завершилась к началу XXI века, когда в ряды компартии стали принимать и буржуазию. Число олигархов в Китае стремительно поползло вверх, права и свободы рабочих были снижены, как и условия труда. Сейчас Китайская народная республика – типичная буржуазная страна, полностью перестроенная и избавленная от идейного наследия Мао Цзэдуна, но сохранившая красную маску – верховенство коммунистической партии (на деле - не коммунистической), регулярные съезды представителей народа. Называть Китай социалистическим глупо – в нём и при Мао только делались социалистические преобразования, социализма же в полной мере достичь не удалось. Перед нами, коммунистами XXI века, борющимися за ниспровержение капиталистической формации, лежит серьёзная задача: побороть иллюзии «коммунистической сущности» КПК и привести китайский народ, впрочем как и любой другой народ Земли, к социализму.
В. Кудрин
01.07.2021
