В советское время я работала на почтовом ящике. С удовольствием работала, между прочим. Они тогда повсюду были. Сильно засекреченные, с подпиской при устройстве на работу, но в любом трамвае, если спросить, каждый расскажет, как проехать. Почтовыми ящиками назывались предприятия, создающие продукцию для оборонной промышленности. Про продукцию рассказывать не буду, а вот как там всё было организовано - до сих пор вспоминаю добрым словом. Попала туда по распределению после института, как и все остальные, с кем училась. Надо было отработать 2 года, а потом иди куда хочешь и работай там, где хочешь. Некоторые студенты иногда выражали желание получить свободное распределение, то есть сразу работать где хочешь. Моя подруга такое распределение получила, но потом положила много сил на то, чтобы найти подходящую работу. А я выбрала из предложенного списка то предприятие, которое ближе всего к дому. Это был научно-исследовательский институт, объединённый с заводом. От моего дома минут 15 на автобусе без метро. Рабочий день начинался в 8:30, заканчивался в 17:30. Обед с 12:00 до 12:45. Опаздывать нельзя, опоздания фиксируются автоматически на проходной и потом передаются в твой отдел. Неприятности всем. Вот идешь утром от остановки до проходной, а в это время на улице музыку такую бодрящую включают, которая настроение сразу поднимает, марши Дунаевского, например. Как в старых фильмах показывают: идёт дружный рабочий класс. А в 8.30 - всё, музыку выключают, и если ты опоздал, то самый лучший вариант - развернуться и домой пойти, а на работу вернуться к обеду. Тогда не будет считаться опозданием, вроде как местная командировка.
На предприятии работали большая и маленькая столовые, буфет, кулинария. Можно было починить часы, поставить набойки на обувь. На одну пару мне тогда поставили титановые набойки. Они вообще не стирались. Работали мастера. Еще рассказывали, что раньше держали садовника, который на территории устраивал разные ландшафтные изыски, сажал розы. Территория большая, два корпуса и маленькие здания, скамейки, дорожки. Вспоминали пруд с камнями. Этого я не застала, садовник к тому времени исчез, но розы остались. В кулинарии можно было купить мясо, яйца, овощи для салата, чтобы не заходить в магазин после работы. За вредность давали молоко. Но не всем. Нам не давали, у нас было не вредно. Еще жарили пончики - те самые, очень зазывно пахнущие, с румяной корочкой, самые вредные и самые вкусные, с дыркой внутри и обсыпанные сахарной пудрой, по которым сейчас ностальгические слезы льют. Но и правда сейчас я что-то именно таких не встречала. Часто в большом конференц-зале в обеденный перерыв устраивались отличные бесплатные концерты. Хочешь - на концерт иди, духовную пищу вкушай, а хочешь- в столовую питаться. У нас коллектив был женский, мы шли на концерт, а потом жевали бутерброды с чаем, не отрываясь от рабочего места. Приглашали известных артистов: Андрея Миронова, Ширвиндта с Державиным, юмористов разных, многих других. В основном весёлые были концерты.
Я работала в отделе информации. В обязанности входила работа с отчественными и зарубежными источниками литературы по определенным тематикам. Раз в месяц с помощью нашей же типографии мы выпускали тонкую книжечку по изданным новинкам с аннотациями. Для этого нужно было ездить в библиотеки, нам выделялся библиотечный день раз в неделю, и мы ездили на Кузнецкий мост в ГПНТБ (Государственная Публичная научно-техническая библиотека). Была тогда такая в старинном здании рядом с Домом моделей. С нами ездили наши переводчицы. В библиотеке обычно освобождались пораньше, и вернувшись домой, успевали переделать домашние дела. Зарплата была стабильная, небольшая, но регулярно платили премии, и поэтому в ту пору я получала больше своего остепенённого мужа. Жизнь отличалась налаженностью и стабильностью, и наверное, поэтому вспоминается только хорошее. Потом я перешла из информации к разработчикам, и это был самый длинный и насыщенный рабочий период, потом работала в парткоме, замещая сотрудницу в декрете, и тогда поняла, что этот вид работы мне совсем не подходит, потом вернулась обратно в информацию, и всё в пределах одного предприятия. Из информации ушла в декрет, а после декрета оказалось, что выходить на работу уже некуда - всё развалили.
Пошли проблемы с продуктами, и основной нашей едой стала капуста. Мы очень похудели тогда. Однажды позвонили знакомые и сообщили, что возле моего предприятия, где я работала, продают яйца - привезли откуда-то издалека. Муж подхватился и помчался. Стоял в очереди очень долго, не помню сколько, может часа 2, но больше двух десятков в одни руки не давали. Весь радостный поехал домой, в лифте перекладывал сумку с яйцами из одной руки в другую и уронил. Их продавали без упаковок, складываешь в мягкую сумку и везешь. Разбились почти все. Тогда у нас был пир из почти двух десятков яиц.
По нашему сильно закрытому предприятию бродили американские делегации, и перед ними гостеприимно распахивали секретные двери, куда нам, сотрудникам, никогда не было доступа. Талантливые изобретательные инженеры мужского пола, самого продуктивного для работы среднего возраста, из которых состояла основа нашего ящика, внезапно оказались без работы и без денег. Казалось, что вот эта революция, которая пришлась на нашу долю, это явление временное, пройдёт, и всё заново наладят - но нет! Временное - это и есть самое постоянное, ничего обратно не вернешь и остаётся только поражаться и удивляться, как это так быстро удалось изнутри разрушить всё то, чем мы жили и что ценили.
Всем спасибо! Всем желаю хорошей стабильной работы с хорошим стабильным окладом!