Само слово ощущается нами, как очень сильное, очень серьезное, ответственное,- правда?
Это, по существу, обещание,- но обещание высшего порядка, по смысловому наполнению оно гораздо ближе к таким понятиям, как присяга или обет.
Какие-то обещания мы нарушаем едва ли не ежедневно и большого греха в этом, честно говоря, не видим,- всегда найдутся объективные обстоятельства, да и привыкли все, в общем-то, чего уж там...
Ну, так обещаний мы и раздаем по десятку на день!
Если хотя бы половину выполнил,- уже и неплохо, уже никто нас безответственными не назовет!
А вот клятва,- нет... Клятва,- это, кажется , что-то совсем другое... Это вроде как на всю жизнь и обратного хода уже не будет.
Нарушивший клятву,- это уже не какой-то там обманщик, это клятвопреступник!
Чувствуется разница?
Если нарушение обещания,- проступок, более или менее серьезный, то здесь уже,- преступление!
Перед тем, кому эту клятву давал. Перед тем, кто был свидетелем этой клятвы. Да и перед самим собой тоже,- это, как минимум, на ступеньку ниже тебя опускает, чтобы вернуться на прежние позиции, теперь немало придется потрудиться...
И в слове "клятва" всегда есть оттенок чего-то мистического, священного,- на чем, скажем честно, во все века и во всех концах света спекулировали довольно много. Клятва достаточно широко используется для того, чтобы превращать людей в рабов, безропотно подчиняющихся законам некой человеческой общности, а если уж говорить прямо,- тому, кто диктует эти законы.
Это один из способов управления,- посредством клятвы.
В достаточно тоталитарном обществе к разного рода клятвам детей начинают приучать в очень раннем возрасте, когда для них это еще не более, чем красивый ритуал,- но и спрашивать за данную клятву начинают практически сразу же, не везде и не всегда действительно строго, и все же...
Так что к зрелому возрасту человек к слову "клятва" относится обычно уже очень осторожно и многие предпочитают никаких клятв никому не давать.