В начало
Глава 27. Реальность - судьба?
Мне нужно было окончательно проснуться и встать, чтобы остаться в каком-то минимальном понимании с собой. Мозг яростно не желал воспринимать происходящее, но...
Тайга, Буся, исчезнувшая Аля...
Я просто не могу упустить и потерять её!
"Буськин! Подъём! Идём гулять!"
"В куда гулять? Я сплю, между прочим... Не Ме Шай!"
Тут из кустов выкатился Стёпка:
"Ой, а что это за белое чудо?!"
- Это Бусинка, Лапоточек. Моя кошка, что вчера ночью открыла портал сюда, а не в квартиру, где обитает. Вот такие дела..." "А с ней всё будет в порядке? "
"Да встаю я уже! Не дают бедному котёнку поспать... ЧТО? ЧТО, БЛИН, СЛУЧИЛОСЬ?"
- Ничего особенного, Бусинка. Просто нам нужно двигаться дальше.
"Нам? Скажешь тоже... Это ТЕБЕ дальше нужно. Я тут пас. В клуб суицидников не записывалась."
"И не вздумай забыть меня, что со щитом, что на щите - ясно?"
- Буся, куда ты меня отправляешь?
"Там увидишь. Объяснять - тебя мучить. Одно скажу - ты к Точке идёшь. И там будет всё. А я - с волками поживу. Иди уже, задолбал труситься!"
- Тебе нужно побыть одной?
"Нет, блин! Сколь больше весёлых товарищей, столь смешнее моя жизнь! Иди уже! Я сейчас - оператор Точки. Иди за Ней и добудь живой! Открыть коробку!"
Те самые две сосны опять странно переплелись и открыли проход между собой. Я сделал шаг вперёд....
Здесь как-то обычно: тот же лес, те же звуки и запахи. Где подвох-то?
Сквозь густые и тяжёлые кроны тридцатиметровых корабельных сосен даже пробивается солнечный свет. Дороги или тропинки, по которой однозначно можно идти тут нет. Хотя, вот, интересная вещь: тропинка - уверенная такая тропинка - появляется позади меня. Странно...
А впереди, в тонком мху, что-то мерцает. Вот, не поверите, но - как приглашение. Другого пути нет - идём по фонарикам.
"Боец! - вдруг раздался в голове знакомый и, тем не менее, совершенно чужой голос - Говорит оператор Точки Белая. Как слышно?"
"Слышу вас нормально. Ищу путь к месту. Иду по огням." - ответил я.
"Оператор Белая. Принято. Продолжайте движение. Точка готова к приёму. До связи!" - услышал я.
"До связи!"
...
Как? Ну вот как мне ему объяснить, что бы двигался не останавливаясь? Он по болоту идёт фактически. Аки по суху, но не даю провалиться пока. Хреновый из меня оператор... Тем более, что там его ни разу не ждут и мне просто необходимо найти для него хоть какую-то лазейку. Машина старая, но - работает, зараза! А тем более, когда она в автономке и перешла в режим защиты, это искренне необходимо.
Будем думать...
Думать, думать, думать...
Точно! Нужно вспомнить себя и позвать на помощь!
Кто я? И зачем?
Глава 28. Тут помню, а тут - нет
"... - Девушка! Девушка, с вами всё в порядке? Вам помочь?
Я очнулась. Зима. Серый город в снегу. Я сижу на остановке трамвая. Низкие тучи, тонкое пальтишко и лакированые ботиночки на ногах. В руках узелок из старого маминого платка. Там - книги и тетрадки. И мой карандаш. Холод. Очень хочется есть. Я - учительница младших классов. Хотя, в последнее время, на уроки почти никто не ходит. Не стало их...
- Нет. Спасибо. Я справлюсь сама.
- Простите, не хотел Вас ни как обидеть. Возьмите, пожалуйста!
В руки мне лёг тонкий, как то, что осталось от меня, шёлковый узелок.
- Это мой паёк за вчера. Мне сегодня ещё выдадут, этот мне не поможет. А Вам - даст надежду. Там хлеб и сахар. Возьмите, не отказывайте, пожалуйста!
Я хотела посмотреть на своего спасителя - но, он растаял в снежной пелене. В руке остался только узелок...
Взвыли сирены ПВО и небо начали резать лучи прожекторов. Нужно было искать подвал, где бомбы не достанут.
"Идём. - сказал серый хвост - я тебя провожу" - меня явно бредило.
"Ты же не кот? Всех котов съели! Война же, блокада!"
"Не тебе угадывать, двуногая, кот я или где. Идём. Ты важна для нас."
"За мной и вот сюда. Прячься. Но учти - твоего дома больше нет. Возвращаться - некуда. Прости."
- Уроды! Я ненавижу вас! Я стану вечной и вам отомщу! - пищала я, спускаясь в указанный подвал.
- Чего ты шумишь? - спросила древняя как мир, но очень экстравагантно одетая старушка - Вечной стать невозможно.
Вдруг бабахнуло рядом со смотровыми окнами подвала и я услышала, как рассыпается дом, что был над нами. В смотровые окошки брызнули осколки и что-то ещё.
- Не пугайся. Просто - останься. Я много раз видела, как Кот, что привёл тебя сюда, обычно всех уводит. А тебя - не с проста привёл.
"Ну что, Изельда Яковлевна, идёмте?" - спросил серый хвост с порога.
"Пойдём, Кот. Тебя ждала" - ответила старушка, поднялась и - выпорхнула в подвальное окно.
Нет, бредит...
"Миу! Миу!"
Нет, точно бредит!
Маленький розовый язычок пытательно вылизывал мой нос.
- Ой, малышка, а ты чья?
Белый комок пискнул "Миу!" и упал со всех четырёх. Нужно было что-то делать! Сахар! Точно!
Намочив в подвальной луже этот кусок рафинада я сунула его под нос белой, как снег, котейке.
Сначала ничего не происходило и мне подумалось, что я умру после него.
Но, потом...
Маленькие яркие глазки открылись и - лизь-лизь...
Я отломила кусочек хлеба от того, что был мне выдан на остановке и сунула под нос котейке.
Котейка, понюхав хлеб, сказала: "Это тебе предназначалось. Ешь. Если не съешь, умрёшь. Иначе, будешь помогать мне всегда. Судьба решит."
Сверху раздался взрыв. Я уже окончательно ослабела, чтобы понимать происходящее, как вдруг в прямоугольнике дымящегося выхода из подвала возник серый хвост.
- Идём, ты - готова.
- А котёнок?
- Это была проверка. Пойдём.
Я поднялась и пошла.
Мне нечего было ответить против. Я вошла в светлый прямоугольник выхода из подвала вслед за серым хвостом...
Ленинград. 1942 год."
...
"... Здесь так всегда. Серое небо, постоянные дожди, но, белые ночи. Я сидела на трамвайной остановке, любуясь на свои новые кеды и, не понимая, почему так щемит сердце. Такую работу сложно получить, но я - смогла. Я - учительница младших классов. Курица-наседка, так сказать. В сумке были необходимые книжки, тетрадки на проверку и мой любимый карандаш.
Дождь врубил свою ярость по полной и вода начала подниматься так, что пришлось с ногами забраться на лавку. Трамвай, судя по расписанию, должен был появиться только через три минуты.
Вдруг, очередной волной бежавшей мимо грязной и не очень хорошо пахнущей воды, под лавку бросило коробку из под обуви. И, почему-то, я её схватила. Может, всему виной была сине-красная наклейка с надписью "СФРЮ", может, что-то ещё. Я открыла коробку а там...
Из находившегося в коробке абсолютно белого шарика на меня смотрело два ярких глаза.
"Мяу!" - сказало Чудо.
- Лапонька, да кто ж на такое уподобился? Ты же кушать хочешь, правда?
"Мняу!"
Я вспомнила, что в сумке остался бутерброд с колбасой. С обычной докторской колбасой. Смешно... Хоть мне становилось всё хуже, но я достала и отломила кусочек белой пушишке. Она с благодарностью съела.
"Мрф-пыр-пыр-пыр"
- И я тебя люблю! Поспи на коленках, а потом мы поедем ко мне, чунька пушистая!
Тут подошёл трамвай. Какой-то древний вагон. Очень деревянный и вообще... Открылись двери. На нижней ступеньке сидел серый хвост.
"Идём. Ты нужна нам." - произнёс он.
Я встала и вошла в вагон.
Ленинград, 1986 год."
...
"Я - учительница младших классов. Абсолютно не нужная профессия. При всём засилье новомодных технологий - совсем не нужная. Тем не менее, иногда дети в класс приходят. Иногда.
Сегодня говорили про домашних животных. Все дети сказали, что хоть жирафа заведут, но - дорого. Чипирование, прививки и прочее, включая налоги на содержание...
Так глупо день и прошёл мимо меня...
Я сидела, ожидая своей очереди в трамвай. Ну, это, если понятно, фигня такая электрическая. Приходит по расписанию. Уходит - тоже. Как и жизнь.
Дождь. Не по расписанию, кстати. Тяжёлый, холодный, колотящий по нервам такой дождь.
Я ждала на остановке. Тяжелые мехи продолжали осматривать город на предмет наличия Отщепенцев. Так их называют. Нечипированные, короче. Пятно на визоре есть, а сигнатуры нет.
В новых, самоподстраивающихся под ногу сабо было вполне себе уютно.
В моём рюкзаке было всё, что нужно для выживания: карточка-идентификатор, мой планшет, карандаш и вкусный бутерброд с колбасой, упакованный в отдельный пакет.
Тяжёлая трёхпалая нога меха остановилась рядом.
- Гражданка, Вам помочь? - спросила железяка.
- Нет, спасибо, я справлюсь сама.
- Мы не можем оставить Гражданина в беде.
- Ну, я же говорю: всё в порядке у меня. Не стоит беспокойства.
- Показатели вашей жизнедеятельности приближаются к критическим отметкам. Вы не в порядке. Здесь чужой. Я запускаю механизм уничтожения.
"Миу!" - сказал белый пушистый комок, внезапно выкатившийся между мной и мехом. - "Миаау, миу, муфр!"
Мех сломался. Ну, вот, напополам сломался! Со скрежетом металла, из которого был сделан. Половина рухнула на трамвайные пути. Половина - на скелет остановки.
Не виновата я!
Пушистый белый комок ткнулся в ногу, поднял голову и сказал: - Задание выполнено. Живём, чуваки! А покушать есть?
Я вытащила бутерброд, и отдала этой странной форме жизни.
- Ты кто?
- А ты не помнишь? Двести лет прошло, а ты так и не запомнила? Я - твой последний выдох. И не ищи - нет у меня идентификатора. А ты, будучи уже столько лет с нами, всё никак не поймёшь своё предназначение. Ты - учительница всегда. Котят слепых на путь истинный наставляешь.
- Мне странно это всё видеть и слышать!
- Не мудрено. Не каждый день мехи перед тобой лопаются. Хочешь так делать научиться?
- Нет, то есть, да, то есть, неуверена.
Раздался странный электрический звонок, что-то типа "трень-трень", и, передо мной остановился древний, деревянный ещё, вагон трамвая, на нижней ступеньке которого сидел серый хвост.
- Ну, пойдём, Буся. Тебе ещё мир спасать!
Не знаю, зачем, но я сделала шаг вперёд...
...
Это - не больно. Это - как умереть...
Даже не догадываясь о судьбе своей. Но я доведу его. Он увидит Её, а дальше... Там - что будет... Поехали!
...
- Боец! Отчёт по ситуации!
- Иду по огням, жив, всё в порядке.
- Продолжать движение! Скоро будет старый скит в поле зрения. При визуальном контакте быть внимательнее. Как слышно?!
- Слышу нормально. Есть визуальный контакт. Здесь всё очень запущ.. ш-ш-ш...
- Боец!
- Ш-ш-ш
- Боец! Боец! Как слышно?!
Тишина в ответ. Тишина, что раздражает за незнанием. Очень раздражает.
Итак, я остаюсь с волками.
"Стёпка!"
"Тута я! Чего случилось?"
"Связь пропала... Глаз за ним больше моих нет. Что делать-то?"
"Алёнка говорила, ждать нужно. Алёнка..."
"Скучаешь, Стёпка?"
"Очень! Она же мне, как мамка была..."
"Так, матрос! Не бздеть! Если она не ушла на Точку, вы обязательно встретитесь! Обещаю! Но саму Точку я толком контролировать не могу. Много энергии уходит..."
"А как я её узнаю?"
"Эх, Степан! Тут главное, чтобы она тебя узнала..."
...
Я уже вижу, что проваливаюсь. Долбаное болото... Но я - почти на точке. Спасибо, блин, за всё!
"Стоп! Ты кто? "