1 июля 1896 года, 125 лет назад родился Павел Григорьевич Антокольский – поэт, драматург, переводчик, актер, педагог, «человек щедрого сердца, неутомимой отзывчивости и безграничного жизнелюбия», как писала о нем в воспоминаниях Анна Саакянц. Антокольский познакомился с Цветаевой осенью 1917 года и, по ее словам, «пропал в Борисоглебском переулке на долгий срок». Спустя годы Антокольский писал с благодарностью судьбе, что ему «выпало счастье встретить и узнать Марину Цветаеву и подружиться с нею».
После смерти Цветаевой Антокольский принимал деятельное участие в сохранении памяти поэта: он оказал помощь А.С. Эфрон в работе над комментариями к цветаевским пьесам, написал предисловие к однотомнику пьес М. Цветаевой, состоял в Комиссии по делам литературного наследия Цветаевой.
П. Антокольский
МАРИНА
Седая даль, морская гладь и ветер
Поющий, о несбыточном моля.
В такое утро я внезапно встретил
Тебя, подруга ранняя моя.
Тебя, Марина, вестница моряны!
Ты шла по тучам и по гребням скал.
И только дым, зеленый и багряный,
Твои седые волосы ласкал.
И только вырез полосы прибрежной
В хрустящей гальке лоснился чуть-чуть.
Так повторялся он, твой зарубежный,
Твой эмигрантский обреченный путь.
Иль, может быть, в арбатских переулках...
Но подожди, дай разглядеть мне след
Твоих шагов, стремительных и гулких,
Сама помолодей на сорок лет.
Иль, может быть, в Париже или в Праге...
Но подожди, остановись, не плачь!
Зачем он сброшен и лежит во прахе,
Твой страннический, твой потертый плащ?
Зачем в глазах остекленела дико
Посмертная одна голубизна?
Не оборачивайся, Эвридика,
Назад, в провал беспамятного сна.
Не оборачивайся! Слышишь? Снова
Шумят крылами чайки над тобой.
В бездонной зыби зеркала дневного
Сверкают скалы, пенится прибой...
Вот он, твой Крым! Вот молодость, вот детство,
Распахнутое настежь поутру.
Вот будущее. Стоит лишь вглядеться,
Отыщешь дочь, и мужа, и сестру.
Тот бедный мальчик, что пошел на гибель.
В соленых брызгах с головы до ног, –
О, если даже без вести он выбыл,
С тобою рядом он не одинок.
И звезды упадут тебе на плечи...
Зачем же гаснут смутные черты
И так далёко – далеко – далече
Едва заметно усмехнулась ты?
Зачем твой взгляд рассеянный ответил
Беспамятством, едва только возник?
То утро, та морская даль, тот ветер
С тобой, Марина. Ты прошла сквозь них!
12 января 1961
