В какой-то момент я поняла, что большинству людей не важно, в каком подходе работает их психолог. Людям абсолютно пофиг, на какие теоретические обоснования я опираюсь в работе, какая доказательная база у подхода, в котором я работаю. Человек приходит к человеку, рядом с которым чувствует себя в безопасности. Человек просто хочет, чтобы ему стало легче. Человек хочет простого человеческого счастья.
В какой-то момент я поняла, что всем пофиг, что я бросила транзактный анализ, и стала засматриваться на психоанализ. Всем тоже пофиг, что я изучаю психоанализ, а супервизируюсь у гештальт терапевта. Для меня важным осознанием было, что человек приходит в первую очередь к человеку, а не к подходу. Я всегда знала это в глубине души. И сейчас я вспоминаю, как я пол года ходила к своей психологине, и даже не задумывалась о том, в каком подходе она работает. Я просто видела, что меня слышат и понимают. Я видела, что перестала через день ругаться с папой, что родители при словах «личные границы» - закатывают глаза, но начинают со мной разговаривать по-другому. (Вчера папа напрочь отказался принимать за меня решение при покупке чемодана. Я впервые в жизни говорила: «папа, ну я не шарю! Прими решение за меня!». А он отказывался!
Я видела, что начинаю понимать, что со мной происходит, почему мне сейчас плохо.
Терапевта в конкретном подходе ищут только другие психотерапевты, которым нужно сертифицироваться. Или люди, которые прочитали, что конкретный метод работает, и идут на него.
И мне кажется в этом всем важным сохранять в себе человека. Однажды я была у функционального психолога. После ее сеансов я читала учебник по консультированию, и перед глазами всплывали наши встречи: идеально отточенные психотерапевтические приемы. Но со мной рядом не было человека. Я выговаривалась, но вообще не понимала, с каким бубном мне потанцевать, чтобы мне, блин, полегчало!
Если вкратце: у меня все в жизни было хорошо: любящая семья, отношения, в которых я могла пойти с подругами интересная учеба, лучшие в мире друзья. Но мне было плохо. Я все время спала, меня тошнило при виде еды.