Капелька черничного варенья упала на белый воротничок. Машенька хотела заплакать, так как это было её любимое платье и она в нем собиралась идти с бабушкой в парк.
- Ничего страшного. Не переживай. Я сейчас отпорю этот воротничок и пришью тебе новый,- сказала бабушка, ласково улыбаясь внучке.
Она достала свою шкатулку с рукоделием и начала перебирать кружева.
Машенька, как заворожённая, следила за бабушкиными руками. Они у неё были проворные. Тонкие пальцы тонули в невесомых кружевах, то расправляя их, то откладывая в сторону.
Ах, как девочка любила, когда бабушка садилась за своё рабочее место и брала в руки коклюшки.
Её руки начинали вытворять невообразимое, пальцы так быстро мелькали, что казалось их не десять, а двадцать. Деревянные коклюшки уютно постукивали друг о друга, переплетая между собой нити, складывающиеся в замысловатые узоры. А пока руки были заняты делом бабушка, своим мягким, тихим голосом, рассказывала Машеньке истории.
- Давно это было. Я была такая же маленькая, как ты, ну, может быть, чуть постарше. Пошли мы с бабушкой в лес за черникой. Она пекла такие вкусные пирожки, что пальчики оближешь,- рассказывала бабушка, ловко перебирая коклюшки.
- Такие вкусные как у тебя?- спрашивала Машенька, которая пол часа назад завтракала бабушкиным пирогом. Не черничным, но яблочный тоже был очень вкусным.
Бабушка ласково посмотрела на внучку, улыбнулась, и продолжила свой рассказ:
- Ну, может быть, у меня не такие вкусные как у были у моей бабушки, но я с нетерпением ждала воскресного утра, когда запах пирогов не давал долго спать.
Так вот, пошли мы в лес. День тогда был солнечный, знойный. Идём вдоль пшеничного поля, колосья ещё зелёные, только начали наливаться соком земли. Над нашими головами поют жаворонки, радуясь летнему дню. И я радуюсь, сняв жаркие ботиночки, которые обязательно нужно обувать в лес, и иду босиком по тёплой, мягкой придорожной пыли.
Заходим мы за поворот и я аж ахнула от неожиданности. Прямо на краю пшеничного поля стоит корзинка, а в ней кто-то копошится. Я побоялась близко подходить, а бабушка, всплеснув руками, упала перед ней на колени.
- Ой, горюшко-то какое горькое. Какой же это ирод сделал такое,- причитала она, вынимая из корзинки кулёк, который оказался ребенком.
Бабушка оглянулась по сторонам и закричала:
- Эй, есть здесь кто? Отзовись кукушка проклятая.
Но в ответ только жаворонок ещё громче запел свою песню, да кузнечики застрекотали в траве.
Ребенок начал плакать.
Бабушка отдала мне свою корзинку, положила ребёнка в ту, в которой он лежал и, взяв её в руки, поспешила обратно в деревню. Я еле за ней поспевала, недоумевая зачем она подобрала чужого ребёнка.
А когда пришли домой, то увидели, что мама плачет, а папа сидит на лавке и на полу стоит чемодан.
- Папа, ты куда собрался?- спросила я его.
- Ухожу на войну, дочка,- весело ответил он.
Мама ещё сильнее начала плакать.
И из корзинки тоже раздался тихий писк.
Папа удивился, а бабушка ему рассказала про нашу находку.
- Ну, что же, этот ребёнок родился в тяжёлые времена. Та, которая выбросила его на обочину жизни, уже себя наказала. А нам его послало провидение. Вот, жена ,тебе готовый сын, а тебе мама - внук. Растите его пока я фашистов буду бить. Да не плачте. Мы их в два счёта разобьём и уже к осени я буду дома,- говорил папа, обнимая маму, бабушку, и меня.
Эх, папка так и не вернулся, ни к осени, ни к зиме. Он вообще не вернулся с войны. Зато маленький Ванятка рос терпеливым мужичком.
Голодно стало на следующий год. Лета ждали как манны небесной, чтобы хоть ягодами лесными животы набить, да травяных чаев наготовить. А он, хоть и маленький, но понимал, что еды мало. Это я, большая уже, а канючила пирогов. Сейчас-то стыдно, а тогда... Ох, тяжкие были времена.
Но ничего, вырастила мама и меня, и Ванятку. Вон каким он у нас важным, да учёным стал.
- Так это что, дед Ваня и был тем ребёнком из корзинки?- спрашивала Машенька, глядя на стену, где висел портрет бабушкиного брата.
Бабушка улыбалась и утвердительно кивала головой.
Удивительные истории рассказывала она Машеньке пока плела свои кружева.
Вот и сейчас она пришивала к платью именно то кружево, которое плела, когда рассказывала про маленького Ванятку.
- Ой, бабушка, а узоры на воротничке похожи на ягодки черники,- воскликнула девочка, любуясь собой в зеркале.
- У меня всегда так бывает. Про что рассказываю, то и плету,- ответила бабушка, поправляя воротничок на платье внучки.
А потом она накинула на плечи кружевную шаль, взяла Машеньку за руку, и они пошли гулять в парк.