Мир принципиально изменился с точки зрения медиа за прошедшие 120 лет

Мир принципиально изменился с точки зрения медиа за прошедшие 120 лет. То есть, мы сейчас просто в другом мире живём по сравнению с 1900-м годом, благодаря высокой информационной связанности мира в целом и высокой скорости передачи смыслов. Последний такой скачок был связан с распространением книгопечатания, а до него — с распространением письменности.

Медиареволюция имеет одно невозвратное следствие. Более невозможен запрет, отказ, сокрытие одной стороны реальности (условно «ложной») для сохранения и защиты другой (условно «истинной»). Я неоднократно писал об этом, и это не мои мысли, и они уже довольно ветхие: в эпоху метамодерна истин более не существует. На каждую истину (в прагматическом смысле) в одной модели мира найдётся строго противоположная истина в другой модели мира, которая так же эффективно работает для других людей. При этом Вертикаль никуда не девается, хоть в метамодерн, хоть в палеолит.

До медиареволюции движение по Вертикали было возможно в модели «истина против лжи», когда общество и традиция искореняли «ложное». Убивая, скрывая, выталкивая, заметая под ковёр. Сегодня это уже невозможно без тотального разрушения в войне всех против всех. При этом, повторюсь, Вертикаль никуда не девается.

Я снова повторю то, что писал ранее: теперь раздвоенность истин и лжей можно излечивать только превосхождением. Грехи (то есть, ошибки расщепления / двойственности) исцелимы не отказом от греха, но превосхождением греха внутри личных отношений со Вселенной.

Давление отказа от греха приводит к тому, что некоторые люди, не справляясь, объявляют грех благом, а благо грехом. Действие греха, раздвоенность, сохраняется.

Первый шаг в недвойственность греха приводит людей к убеждению, что грех и благо суть одно и то же, поэтому пусть наличествует всё, так как и грех, и благо в Боге. Но действие греха, раздвоенность, сохраняется и даже усугубляется мнимой интеграцией и мнимой недвойственностью.

Лечит лишь следующий шаг: превосхождение греха через принятие недвойственности этих двойственности греха и недвойственности блага. Грех и благо в Боге, но грех есть грех, и он удаляет по вертикали вниз. А я как частица Всецелого, пройдя от качания в отделённость, стремлюсь в своём качании назад, к соединённости со Всецелым. Следовательно, стремлюсь по вертикали вверх, и потому выбираю не-грех перед грехом.

Казалось бы, разницы между прежним взглядом на грех и таким, как я описал, нет. Но он есть, как в той притче о пробуждённом. «Раньше реки были просто реки, а горы просто горы. Когда я подошёл к пробуждению, реки стали не просто реки, а горы не просто горы. Но когда я прошёл Заставу без ворот, реки стали снова просто реки, а горы просто горы.» Качество «простоты» в начале и конце пути разное. В начале это нижняя простота неразделённости, а в конце — верхняя простота недвойственности.

«Что из этого потока бреда следует на практике?» — спросит меня недавний подписчик. Отвечу в следующей записи, что это означает об обновлении и сохранении традиций.