Ему 45 лет.
Третий брак, пятый ребенок. Еще у него есть дети на стороне. В один прекрасный момент опять ушел к новой женщине. А дети пусть сами решают свои проблемы. 2 годика – это уже не маленькие, справятся как-нибудь.
Внешне это взрослый человек. Но в душе ребенок. Но не тот ребенок, что еще умеет мечтать, любить и верить в чудо. А постаревший инфантил, которому выдали паспорт и признали совершеннолетним.
Такие люди жестоки. Но не злостью, а тупостью. Раздавить чью-то душу. Покалечить. Бросить. Сбежать. Предать. Запросто.
Потому что у него бабочки в животе. Опять. Папа настолько слабый, что зажмуривает глаза и надеется, что дети сами все порешают. Пока он тусуется и плодит новых.
И речь тут не про то, что надо склеивать отношения, которые уже разбились на мельчайшие осколки. А про ответственность. Пора уходить – уходи. Это немножко не то же самое, что прыгать из койки в койку, делая каждый раз новых людей.
А потом думать, что дети как-то сами вырастут. Станут уверенными и научатся любить себя. Что смогут быть счастливыми, когда повзрослеют. Возможно, вопреки всему смогут. Но шансы так себе. Потому что с них заживо содрали душу.
Ведь дети вырастут. И откатят по-взрослому. Вытрут ноги и будут правы. Правы, потому что им будет нестерпимо больно. Настолько, что невозможно будет спокойно относиться к стареньким родителям.
Только месть родителям – это временная анестезия, которая не исцелит ничью душу. Дай бог, что они захотят потратить годы или десятилетия на походы к психологам. Хорошо, если не к психиатрам.
Но сами родители уже ничего не смогут сделать, если у выросших детей потечет бак из-за своей ненужности. И в школах потом бесполезно скидываться на охрану.
И возмущаться не стоит, когда они будут сдавать родителей в дом престарелых без сожаления. Или плевать на могилу, раздираемые ненавистью и необъяснимым для них чувством вины.
И хотя у меня нет детей, но я знаю проблему с той стороны. С детской. Да, меня не бросали. Но тепла и поддержки, когда бы я чувствовал, что родители всегда на моей стороне, что бы ни случилось, не было. И при этом они подарили мне силу воли и яростное желание жить, как бы плохо ни было.
А если бы меня бросали по воле члена и бабочек в животе, то вряд ли бы я остался на плаву.
Трудности закаляют, только если не убивают.