Развод

-Опять она опаздывает,- злился Антон, стоя у окна ЗАГСа,- даже на собственный развод не может вовремя прийти.
Светка, его жена, действительно, постоянно опаздывала, Антон же всегда приходил, приезжал, прилетал вовремя. -Точность- вежливость королей! - гордо говорил Антон. Так научила его бабушка, которая воспитывала его с пятилетнего возраста, после развода родителей. -Ты мой король,- хохотала Светка , -а я твоя королева, королевам можно опаздывать.
Перед внутренним взором Антона встала Светка, голенькая, блестящая после душа, он заскрипел зубами, попытался прогнать видение, но оно оказалось упорным, уходить не желало. Память подбрасывала все новые картинки: вот Светка, приплясывая, жарит любимую картошку, вот тащит по лестнице здоровенный арбуз, сквозь зубы матеря неработающий лифт, пока Антон бежит на помощь со своего 12-го этажа, а здесь на свадьбе у друзей поет частушки, попискивая в тех местах, где попадаются неприличные слова. - Ну почему она вечно опаздывает, - продолжал накручивать себя Антон, а память продолжала свою работу. Антон вспомнил, как они опоздали на рейс на Хайнань. Путевки были дешевые, горящие, на неделю за копейки. Но Светка забыла дома паспорта и чартер улетел без них. Антон тогда злился на нее всю неделю, а потом оказалось, что туристы не могли вернуться домой пять дней - турагенство кому-то там деньги не заплатило, и если бы они полетели, то Антон опоздал бы на сдачу проекта, который готовил почти три месяца, и дело могло кончиться увольнением, ну или уж точно, лишением премии.
А как они опоздали на поезд из-за светкиного кота, которого нельзя было оставить дома одного на неделю, а желающие посидеть с "деткой" все не находились. И друзья уехали на сплав без них.
Антон тогда был готов догонять друзей на самолете, но рафт, рюкзаки, весла перевезти по воздуху оказалось весьма дорого. А друзья попали в грандиозный ливень, сплавляться стало невозможно-по реке несло такие бревна, что сплав оказался бы массовым самоубийством. Рафты бросать было жалко, и они тащились по берегу под дождем до ближайшей деревни, а потом ждали машину, сидя на рюкзаках и проклиная все на свете.