Династия Мин построила гигантскую стену протяженностью 8 000 км, чтобы не допустить захватчиков в Китай, но насколько эффективной она была против врага?
Китайцы потратили века на строительство стены для отражения иностранных захватчиков. Великая китайская стена была всего лишь одной из многих оборонительных стратегий, которые использовал Китай, она простирается более чем на 8 000 км в длину. Вместо одной сплошной стены она состоит из множества более мелких частей, построенных в разные исторические эпохи.
Самые ранние укрепления датируются седьмым веком до нашей эры, но наиболее хорошо сохранившиеся участки были построены во времена династии Мин (1368-1644). Великая стена - это чудо инженерной мысли и триумф человеческой изобретательности, но вердикт будет выносится на основании того, насколько хорошо она выполняла свою основную функцию: не впускать людей.
Агрессия с севера.
Основная угроза китайцам исходила от северных соседей. Кочевые пастухи населяли приграничные степные территории с четвертого века до нашей эры. Суровая окружающая среда давала достаточно для выживания, но не более того. Северяне завидовали товарам и предметам роскоши, которыми пользовались их южные соседи, таким как изысканные ткани и более широкий ассортимент сельскохозяйственной продукции.
Население кочевников было значительно меньше, чем у китайцев, но, тем не менее, представляло серьезную военную угрозу. Оседлав своих быстрых, выносливых степных коней и вооружившись мощными луками и стрелами, их воины были способны совершать эффективные набеги на приграничные китайские области и брать то, что они хотели.
Торговля с врагом.
Контакты между северными кочевниками и народом Китая основывались не только на войне, но и на торговле. В степях монголы не могли выращивать много сельскохозяйственных культур, что делало сельскохозяйственную торговлю с китайцами необходимой. Кроме того, среди кочевых племен существовал высокий спрос на текстильные изделия, такие как шелк и хлопок, а также на металл для изготовления оружия. Китайцы, тем временем, жаждали заполучить маленьких лошадей кочевников для ведения военных действий. Они не могли вырастить в своих конюшнях столько лошадей, сколько им было нужно, а у кочевников, казалось, было больше лошадей, чем у кого-либо другого. Однако в этих торговых отношениях существовал дисбаланс: китайцы могли обойтись без лошадей, но монголы не могли отказаться от еды или одежды.
Китайские императоры прибегали к многочисленным стратегиям, чтобы не допустить кочевников, включая инженерные разработки, военные действия и дипломатию. Первый император объединенного Китая Цинь Шихуанди (221-210 гг. до н. э.) создал одну из первых единых линий укреплений вдоль всей северной границы, связав существующие сооружения, построенные предыдущими государствами.
Про этого императора и его бессмертную армию мы писали здесь.
Императоры последующей династии Хань пытались использовать экономические и военные стратегии для борьбы с чужаками. Они платили субсидии, одновременно проводя кампании в степях и строя новую оборонительную стену. Но эта тактика не смогла остановить захватчиков. Вместо того, чтобы прекратить свои нападения, северяне узнали, что их вторжения не только могут обеспечить им быстрый доступ к товарам, но и могут быть использованы в качестве угрозы, чтобы запросить еще больше помощи у китайцев.
В течение следующей тысячи лет отношения продолжались в том же духе. Затем, в 13 веке нашей эры, вождь по имени Темуджин объединил монголов, изменив баланс сил в пользу северян. Темуджин, ставший императором монголов под именем Чингисхана, напал на северный Китай в 1211 году и захватил его столицу в 1215 году. Его внуку, Хубилай-хану, удастся захватить весь Китай и основать новую династию - Юань.
Династия Юань просуществовала недолго. Она была свергнута крестьянским восстанием в 1368 году. Монгольский двор бежал из столицы и укрылся в степях. Новая правящая династия Китая, Мин (1368-1644), начала агрессивную кампанию, чтобы помешать Юаню попытаться вернуться к власти. Но в 1449 году продолжение нападений обернулось катастрофой, когда династия Мин потерпела сокрушительное поражение в битве при Туму. Начиная с 15 века династия все больше и больше переходила к обороне.
Несмотря на то, что это была непопулярная политика среди императоров династии Мин и государственных служащих, монголам неоднократно направлялась помощь, чтобы сдержать их, что стало бременем для государственных финансов. Такие меры не смогли предотвратить всплеск пограничных нападений осмелевших монголов, отчасти это была тактика, направленная на то, чтобы заставить китайцев торговать товарами, в которых так отчаянно нуждались в степях. По словам великого секретаря Ли Сяня в 1459 году, постоянная потребность монголов в еде и одежде “является бедствием для Китая”. Только в 1571 году могущественный придворный министр Ван Чун Ку, убедил императора Лунцина изменить политику. На границе были построены торговые посты. Число нападений монголов сократилось, и Китай мог свернуть свои дорогостоящие военные кампании.
По одному кирпичу за раз.
Параллельно с этими дипломатическими и экономическими маневрами династия Мин приступила к строительству Великой Китайской стены. Обширное строительство началось в 16-17 веках. Большая часть этой массивной преграды, змеящейся вверх и вниз по холмам, все еще стоит сегодня. Более ранние укрепления имели форму земляных укреплений, но в соответствии с программой Мин они должны были иметь каменное основание, покрытое кирпичом.
Поразительные 8 000 км в длину, новые укрепления были значительно более амбициозными, чем любое из предыдущих сооружений, и, по словам некоторых летописцев, стоили в сто раз больше, чем более ранние стены. Правители династии Мин были уверены, что их стена выдержит как агрессию кочевников, так и более медленные атаки погоды и времени.
До сих пор победа Стены над эрозией является безоговорочным успехом. Однако оценить военную эффективность этой преграды несколько сложнее. Северная граница Китая по-прежнему подвергалась очень большому количеству нападений. Иногда они предпринимались армиями численностью до 100 000 человек, а также небольшими группами кочевников. Один из примеров последнего нападения имел место в 1555 году, когда два десятка монгольских воинов напали на башню посреди ночи, используя абордажные крюки, чтобы взобраться на стену. Но как только они достигли вершины, фырканье их лошадей насторожило китайских охранников.
Наблюдатели на стене.
Жизнь охранников, размещенных вдоль огромной длины стены, была чрезвычайно тяжелой.
В 1443 году в документе Министерства армии признавалось, что “солдаты на северо-западной границе подвергаются воздействию ветра и холода. Служат ли они сторожами на сигнальных вышках или охранниками на перевалах... они могут находиться вдали от своей базы, семьи и детей в течение нескольких месяцев или лет, и часто им не хватает одежды и еды. Правда, им платят ежемесячно, но им часто приходится тратить свои деньги на оружие или лошадей. Их страдания от голода и холода неописуемы”.
Эти суровые условия жизни могли частично объяснить низкий моральный дух среди солдат. Есть свидетельства широко распространенного недоверия между государственными служащими и солдатами. В 1554 году один чиновник обвинил пограничные войска в трусости: всякий раз, когда враг приближался к стене, по его словам, они бежали, не оказывая никакого сопротивления. В 1609 году в другом отчете высказывалось предположение, что причиной могла быть нехватка ресурсов. Поскольку стражники на башнях чувствовали, что не в состоянии защитить себя, они не поднимали тревогу, если замечали поблизости монголов, предпочитая делать вид, что не видели их.
Строители и защитники.
Китайские войска вдоль стены также имели большой дружеский контакт с кочевниками. Несмотря на противодействие со стороны начальства, китайские пограничники часто торговали со своими врагами. В экстремальных ситуациях солдаты даже открыто вступали с ними в сговор.
В 1533 году, согласно показательному рассказу одного государственного служащего, солдаты на наблюдательных вышках служили проводниками для монгольских военных отрядов во время их вторжений на китайскую территорию. В 1550 году военачальник северного города Датун сообщал:
“Наши войска часто заходят в земли монголов, чтобы торговать с ними и завязать дружеские отношения. Четыре командира: Алтан, Тойто, Сенге и Усин, включили наблюдательные вышки нашего великого рубежа в свои лагеря. Монголы занимают место наших людей в качестве сторожей, а наши солдаты заменяют их войска в качестве пастухов. Это означает, что никакая стратегическая информация о нашей обороне не остается незамеченной монголами”.
Несмотря на все великолепие Великой стены как сооружения, она была эффективна только в том случае, если ее обслуживали дисциплинированные войска. Удаленность в сочетании с суровыми условиями жизни испытывала даже самых стойких.
Возвышение Маньчжурии.
Ослабленная двумя столетиями конфликта с монголами, династия Мин потеряла власть внутри страны. В 1644 году после крестьянского восстания она уступила власть маньчжурам. Маньчжурская, или Цинская, династия (1644-1912) значительно расширила границы Китая на север, сделав Великую Китайскую стену в значительной степени ненужной в качестве оборонительной меры. Стена является крупнейшим в мире военным сооружением и внесена в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Она остается мощным символом коллективной гордости китайского народа. Тем не менее, культовый военный памятник Китая был несовершенной защитой в его долгой борьбе против неугомонных кочевников с севера.
#хорошиеновости_история
Источник: https://www.nationalgeographic.com/history/history-magazine/article/the-great-wall-of-china