Сегодня познавательно-развлекательный пост.
Вот 5 привычных для нас слов, которые «изобрели» русские писатели.
Стушеваться
Слово появилось благодаря Ф.М. Достоевскому, который использовал его в повести «Двойник» в значении «незаметно удалиться, трусливо отступить». Основой послужил чертежный термин — «тушевать», то есть накладывать тени.
В «Дневнике писателя» Достоевский рассказал историю появления этого слова: «Слово это изобрелось в том классе Главного инженерного училища, в котором был и я, именно моими однокурсниками... Во всех шести классах училища мы должны были чертить разные планы... Все планы чертились и оттушёвывались тушью, и все старались добиться, между прочим, уменья хорошо оттушевывать данную плоскость, с тёмного на светлое, на белое и на нет... Вдруг у нас в классе заговорили: "Где такой-то? — Э, куда-то стушевался!" Или, например, разговаривают двое товарищей, одному надо заниматься: "Ну, — говорит один, садящийся за книгу, другому, — ты теперь стушуйся!" Или говорит, например, верхнеклассник новопоступившему из низшего класса: "Я вас давеча звал, куда вы изволили стушеваться? " Стушеваться именно означало тут удалиться, исчезнуть, и выражение взято было именно с стушёвывания, то есть с уничтожения, с переходом тёмного на нет. Очень помню, что словцо это употреблялось лишь в нашем классе, вряд ли было усвоено другими классами, и когда наш класс оставил училище, то, кажется, с ним оно и исчезло. Года через три я припомнил его и вставил в повесть».
Халатный
В современном значении – «распущенный, лениво-недобросовестный» – слово начало употребляться ближе к середине 19 века. Благодаря Н.В. Гоголю.
В «Мертвых душах» (гл. 7) читаем: «...Прямо, так как был, надел сафьянные сапоги с резными выкладками всяких цветов, какими бойко торгует город Торжок, благодаря халатным побужденьям русской натуры...»; «Жили в одном отдаленном уголке России два обитателя. Один был отец семейства, по имени Кифа Мокиевич, человек нрава кроткого, проводивший жизнь халатным образом» (там же, гл. 11).
Трогательный
Слово появилось благодаря Н.М. Карамзину (вообще, он ввел в обиход много лексических единиц: роль писателя в становлении и развитии нашего языка весьма значительна).
В повести «Бедная Лиза» означенное слово впервые употребляется: «Но что же чувствовала она тогда, когда Эраст, обняв ее в последний раз, в последний раз прижав к своему сердцу, сказал: «Прости, Лиза!..» Какая трогательная картина! Утренняя заря, как алое море, разливалась по восточному небу».
Бездарь
Это слово изобрел И. Северянин. Находим его в сборнике «Громокипящий кубок» («Прощальная поэза»):
Вокруг — талантливые трусы
И обнаглевшая бездарь…
И только Вы, Валерий Брюсов,
Как некий равный государь…
Головотяп
Эту красочную характеристику придумал, конечно, Салтыков-Щедрин.
Читаем в «Истории одного города»: «Был, говорит он, в древности народ, головотяпами именуемый, и жил он далеко на севере, там, где греческие и римские историки и географы предполагали существование Гиперборейского моря. Головотяпами же прозывались эти люди оттого, что имели привычку «тяпать» головами обо все, что бы ни встретилось на пути. Стена попадется —об стену тяпают;Богу молиться начнут — об пол тяпают».
Ну и в завершение стихотворение В. Хлебникова, основателя русского футуризма и реформатора поэтического языка.
Вечер. Тени.
Сени. Лени.
Мы сидели, вечер пья.
В каждом глазе — бег оленя,
В каждом взоре — лет копья.
И когда на закате кипела вселенская ярь,
Из лавчонки вылетел мальчонка,
Провожаемый возгласом: «Жарь!»
И скорее справа, чем правый,
Я был более слово, чем слева.