Часть вторая.
Утром раздалось дребезжание входного колокольчика.
Эдгар и Инге переглянулись, придавая как можно более удивленный вид своим лицам: – Кто мог прийти в такую рань, да еще в праздник? Дети, идемте посмотрим.
За дверями стоял почтальон. Крупные хлопья снега медленно оседали ему на плечи. Около него находилась объемная, неплотно закрытая разноцветная коробка, перевязанная голубым бантом. Приподняв форменную фуражку в легком поклоне, он спросил: – Здесь проживают господа Макс и Мия Карсен?
– Да, сэр, вы не ошиблись. А в чем, собственно, дело? – улыбка блуждала в усах Эда.
– Я по поручению от Санта Клауса. Максу и Мие надлежит лично принять это. Вот здесь распишитесь, пожалуйста, – протянул он мальчику бланк с серебристой каймой из нарядных снежинок и витиеватыми инициалами рождественского волшебника.
Ребятишки переводили широко открытые глаза с посыльного на сопящую, издающую странные шебуршащие звуки коробку, затем на родителей, недоуменно вопрошая:
– Можно?
– Конечно! – разрешил папа, – Вероятно, Санта прислал вам то, о чем вы просили его в письме.
На красочном извещении с печатью Макс аккуратно, печатными буквами вывел свое имя и имя младшей сестрички.
– Заносите и открывайте скорее! – добавила мама.
Пожелав чудесных выходных, курьер вежливо откланялся.
Сгорая от нетерпения, Макс и Мия развязали атласные ленты громоздкого подарка. И вот показался влажный черный нос на жмурящейся от яркого света мордочке.
Опрокинув наконец раскрывшуюся коробку, из нее вывалился белый в серо-черных пятнах дожонок, вызвав неописуемый восторг.
– Собака! Нам Санта подарил живую собаку! – захлопали в ладоши детки. В просторном вестибюле крутился, исследуя запахи нового жилища, очаровательный и самый что ни на есть настоящий щенок!
– Как же мы будем называть тебя? – отец потрепал его за холку.
И пока все наперебой высказывали предположения по поводу клички, кутенок успел сделать внушительную лужицу.
– Ну что же, ты сам выбрал – Брук – ручеек. Как вам – нравится? Согласны? – засмеявшись, мама вытерла за проказником.
– Да, нравится! Ты будешь теперь Брук! – Детишки тискали малыша, смеясь, катались по полу, уворачиваясь от мокрого розового языка, так и норовящего лизнуть их в носики.
Так пес стал равноправным членом семьи и, разумеется, всеобщим любимцем.
Неизменный участник ребячьих игр, шаловливый и непоседливый, он громко цокал когтями по паркету, скользил, смешно опрокидывался, не устояв на длинных лапах.
Не обходилось и без курьезов. В пылу азарта нечаянно сбитая могучим щенком малышня разлеталась кубарем. Морщась, потирали ушибленные места, но не плакали и не жаловались. Инге испуганно ахала. Эд замирал, внимательно глядя поверх очков.
А детский смех от этого становился звонче.
В доме прибавилось игрушек и забот, творческого беспорядка и веселого шума. Ковры предпочли на время убрать. Земля разбитого горшка с фикусом красноречиво указывала, чьих лап это дело. Ножки стульев пестрели отметинами щенячьих зубов.
Разодранное кресло печально торчало пружинами.
– Давно хотела его выбросить, – отмахнулась Инге и предусмотрительно спрятала обувь в гардеробную комнату.
И Эдгару пришлось серьезно заняться дрессировкой упрямого пакостника, растущего не по дням, а по часам и все больше походившего на стройную лошадку.
--
Спасибо за лайки и подписку на мой канал. До новых встреч )