Частенько, особенно в соцсетях мелькают «новости» о подлинности сегодняшнего Президента РФ. И вызывают ведь немалый ажиотаж. Есть даже убеждённые сторонники этого факта, обоснованно, и с фотографиями доказывающие сей «прискорбный» для России «факт» — настоящего Путина олигархи убили в 2007 году и заменили на послушного двойника или двойников! Есть ещё аналогичная версия про 2011 год: На самом деле, всё это чисто эмпирическое восприятие народом происходящего, связанное в первую очередь не с личностью Путина, как таковой, а с жизнью вокруг сегодня и тем, что уже прошло. На это указывает и дата «подмены». Первые семь лет Путина — это действительно внешне серьёзные изменения в стране, особенно на фоне «эпохи» алкаша Ельцина. Рост уровня жизни населения, «усмирение» Чечни, подъем национального духа. Вот только мало кто понимает, что к личности самого Путина все эти плюсы имеют очень далёкое отношение. Если имеют вообще. Всё дело в цене нефти и газа. При Ельцине нефть стоила 15$, а при Путине росла и до 115$. При Ельцине её продавали чуть ли не в убыток, а при Путине появилась ничем не обоснованная сверхприбыли. Потому и объёмы вывоза сырья за рубеж выросли кратно: С 2000 по 2009 год «олигархи» просто ошалели от тех денег, которые им стали приходить ни с того и ни с сего. И немалая их часть оседала в бюджете, уходила на заплаты, которые росли и пухли на этих нефтедолларах. Чиновники, тоже ошалев от таких финансов, но ещё не привыкнув разворовывать всё до копейки, что-то строили и создавали. А вот после кризиса 2009 года — олигархи поняли, что нефтяная кормушка может закончиться в любой момент и с тех пор начали запасаться впрок. Ни то что не платя большую часть в бюджет, а ещё и стараясь получить из него деньги под видом дотаций и помощи. Чиновники, тоже понятливые в этом плане, да ещё и обнаглевшие за годы от «страшного фсбэшника», но абсолютно для них безвредного Путина, стали не отпиливать часть бюджета, а распиливать его полностью, до нуля. Вот и получается, что 2007 год — это в памяти людей самый хороший и сытный год, ещё и державно приправленный «мюнхенской речью»