Прошлый век считается кровавым. Много трагедий он принес, много человеческих жизней забрал. Кроме того, диавол погулял по Руси, разрушил храмы, убил священнослужителей и верующих. Но и польза есть от этого немалая - значительно пополнилось число ангельское. Страдая за веру христианскую, души укреплялись, а после смерти земной возносились в Вечные обители. Одним из таких мучеников был священник Геласий, пострадавший за веру в 20-х годах.
Где он жил
Есть в Краснодарском крае небольшая станица, мало чем отличающаяся от других. Стоял в ней большой красивый храм. Служил в нем отец Геласий. Народ любил его за простоту, нестяжание и верность Церкви.
Всякий тянулся к такому пастырю. Но только наступили лихие годы. Никто не знал тогда, когда настанет его черед.
На праздник Сретения была служба в храме. Ворвались туда красноармейцы и потребовали прекратить богослужение. Слабые духом тогда убежали, самые сильные остались в храме.
Схватили солдаты священника и с ним десяток человек и вывели из храма. Каждый из верующих знал, куда и зачем их ведут.
Отпевание
Вели их вдоль станицы на глазах у всех. Родственники бежали с плачем за ними, но конвой отгонял их. Падали на землю с воем жены, терли кулачками глаза детишки.
Отец Геласий укреплял собратьев по мученичеству. И вдруг он дал возглас. Все понимали, что батюшка начал отпевать их и самого себя. Он наизусть знал чин погребения. По дороге он успел все вычитать и спеть, осталась только разрешительная молитва.
Мучеников вывели за станицу к оврагу, откуда брали глину на кирпичи. Расставив всех в ряд, солдаты подняли винтовки. Батюшка попросил расстрелять его в последнюю очередь, чтобы он успел дочитать молитву. По мере того, как в них стреляли, он называл имена погибших. Дошла очередь до него...
Очевидцы
Несколько ребятишек, прячась, бежали за ними. Они сидели в кустах и наблюдали казнь. Навсегда врезалось им в память это событие. Уже будучи взрослыми, они рассказывали, что ясно видели, как лица мучеников светились неземным светом. Они сияли, словно солнце.
Последний выстрел. Батюшка не успел сказать: аминь и спеть "Во блаженном успении". За него каждый год это делают священнослужители на месте братского захоронения в глиняном овраге в праздник Сретения Господня.
А мы с вами достойно ли носим имя православных? Не испугались ли бы мы и дошли бы смело до места казни за веру?