Я редко появляюсь на публике. Но в эту субботу — вот он я, презентую книгу как издатель. Это большое событие для меня, скорее всего я буду взволнован и болтлив. Я не планировал издавать других авторов. Эта мысль иногда посещала меня, но лишь тешила самолюбие, ничего серьезного не возбуждая. Всё случилось как-то само. Женя прислал текст на рецензию, я упал в эту книгу с головой. Как будто показали волшебное зеркало, в котором похожий на тебя человек живёт судьбу, которая могла, но не случилась с тобой. К сожалению или к счастью. Достоверный портрет приезжего петербуржца, харизматичного и нервного, с мягким характером Хотелось ли вам когда-нибудь очутиться в книге или в фильме? Вот мне удалось «пройти по краешку» этой литературной и настоящей судьбы, я помог книге увидеть свет. Не хочу раздувать пафос, но внутри себя я танцую красиво. Мне хочется чтобы эту книгу читали, делиться ею, обсуждать эту книгу, радоваться или спорить. Она очень живая.
Я редко появляюсь на публике. Но в эту субботу — вот он я, презентую книгу как издатель. Это большое событие для меня, скорее всего я буду взволнован и болтлив.
Я не планировал издавать других авторов. Эта мысль иногда посещала меня, но лишь тешила самолюбие, ничего серьезного не возбуждая.
Всё случилось как-то само. Женя прислал текст на рецензию, я упал в эту книгу с головой. Как будто показали волшебное зеркало, в котором похожий на тебя человек живёт судьбу, которая могла, но не случилась с тобой. К сожалению или к счастью. Достоверный портрет приезжего петербуржца, харизматичного и нервного, с мягким характером
Хотелось ли вам когда-нибудь очутиться в книге или в фильме? Вот мне удалось «пройти по краешку» этой литературной и настоящей судьбы, я помог книге увидеть свет. Не хочу раздувать пафос, но внутри себя я танцую красиво.
Мне хочется чтобы эту книгу читали, делиться ею, обсуждать эту книгу, радоваться или спорить. Она очень живая.